Аннали замолчала, позволяя метису дальше лизать свои руки, однако со стороны это выглядело более чем странно…

— С-спасибо… — тихо произнесла она.

Они просидели молча несколько минут, как вдруг девушка заговорила:

— Айзек, прости меня. Мне правда, очень жаль, что всё так получилось, — сказала она, не в силах больше молчать.

Парень остановился, услышав её слова, а затем произнёс:

— Не вини себя… Никому ещё не удавалось выбраться из этой лаборатории. К тому же, я пытался сбежать отсюда и раньше. Ни одна попытка не увенчалась успехом. Я пережил много жестоких и болезненных наказаний, но моя психика уже с детства была адаптирована к подобному, и это мне помогло, по крайней мере я не сошёл с ума, как большинство.

— Айзек… это так ужасно…

— Меня радует только то, что однажды всё это закончится. Что однажды я больше не открою глаз и не почувствую ничего: ни боли, ни страха, ни голода. Только тьма и тишина, что будут длиться целую вечность, — метис снова принялся облизывать раны девушки и сказал. — Я благодарен тебе за то, что ты вытащила меня из огня, но лучше бы я сгорел там.

Слушая его слова, из глаз Аннали покапали слёзы. Она просто хотела помочь, но не подумала о том, что это может обернуться Айзеку в ущерб. Ведь он был прав — она своей помощью лишь продлила срок его мучений, оттягивая и без того известный финал.

— Не лей из-за этого слёзы. Ты хороший человек. Я привык к тому, что люди пользуются мной, при этом обращаясь со мной, как с мусором. Но ты, похоже, единственный человек, который видит во мне равного. Однако я больше не человек, Аннали. Я — монстр. И тебе не стоит волноваться о том, что со мной связано, а уж тем более помогать мне.

Аннали смотрела на Айзека и молча слушала его, но от этих слов ей было больно, словно ножом по сердцу…

— Всё, я закончил. Теперь твои ожоги заживут быстрее. Живи своей обычной жизнью. И забудь о том, что тебе пришлось пережить, Аннали. Больше не приходи сюда. Поверь, так ты быстрее забудешь обо мне. Я благодарен тебе за всё, что ты для меня сделала, но здесь наши пути расходятся.

Аннали молча кивнула в знак согласия, хоть у неё и до сих пор лились слёзы по щекам. Она поднялась на ноги и покинула камеру Айзека, стараясь не оборачивается, и заперла дверь. На этом всё кончено.

Не помня себя, Аннали добралась до своей комнаты и проплакала весь день. Боль и грусть — вот что она сейчас испытывала. Но, что она может сделать? Даже если она поможет Айзеку выбраться из лаборатории, он не сможет спокойно жить. Его будут разыскивать, мутация в его теле начнёт прогрессировать, пока он полностью не превратиться в монстра. В конечном итоге его найдут и застрелят власти, либо поймают и снова поместят в лабораторию для опытов.

Если Айзек останется в лаборатории — его будут подвергать экспериментам до тех пор, пока не извлекут нужный материал для синтеза лекарства, а потом просто уничтожат, как ненужный мусор.

И тот и тот расклад был неутешителен и одинаково печален. От этого Аннали становилось ещё больнее. Смириться и жить дальше — было единственным, что она могла сделать и для Айзека, и для себя.

Она не заметила, как наступил вечер. Часы переводили свои стрелки в чётком ритме: «тик-так, тик-так». Аннали лежала на диване, уткнувшись лицом в подушку и слушала эти звуки.

Девушка не заметила, как к ней постучался Даниэль и, не дождавшись ответа, зашёл в комнату.

— Аннали, Боже, что с тобой случилось? — шокировано спросил мужчина, увидев свою молодую жену не в лучшем состоянии. Он присел рядом и приподнял её за плечи. — Расскажи, тебя кто-то обидел? Ты вспомнила что-то плохое?

Посмотрев на него, Аннали снова разрыдалась и уткнулась лицом в его рубашку.

— Что с твоими руками? — спросил он, увидев окровавленные бинты, но сейчас девушка не могла ответить ему. — Подожди, а это что? — вдруг заметил Даниэль и, через мгновение, он вытащил из кармана её халата ключ-карту от камеры, где держали Айзека.

Аннали тут же почувствовала кожей нарастающее напряжение, поэтому слегка отстранилась, вытаращившись на мужчину с непониманием.

— Вот, как… Значит ты снова была у номера 225? Верно?

Аннали не знала, что ей сказать. Сейчас она чувствовала от Даниэля такую агрессию… Даже Айзек не так сильно давил на неё, как он сейчас.

Неожиданно мужчина схватил её за руку и грубо притянул к себе со словами:

— Отвечай! Ты снова навещала эту подопытную крысу?!

— Я… я…

— Я задал тебе вопрос! Так отвечай на него! — его рука всё крепче сжимала запястье девушки от чего на глазах у неё тут же навернулись слёзы.

— Отпусти… мне больно. — попросила она, пытаясь вырвать свою руку из его цепкой хватки.

Даниэль с презрением посмотрел на неё, а затем резко швырнул. Аннали улетела в сторону, ударившись головой о какой-то жёсткий предмет. В её глазах тут же потемнело и она упала на пол, потеряв сознание.

Белый туман — единственное, что заполнило подсознание Аннали. Вся её жизнь вертелась, словно быстрая прокрутка.