Шрифт:
Ира открыла было рот, чтобы вежливо отказаться, но Оля соображала проворнее.
— Конечно! Поехали! — выпалила сестрица, улыбаясь во все тридцать два белоснежных зуба. — Я во Владимире много раз была, всё там знаю!
— Оль, — Ира укоризненно покосилась на сестру. — Мы, может, не к месту будем…
— К месту, — заверил Макс. — Только встать придётся рано. Мы в семь выезжаем.
— Это мы запросто, — заявила Олька. — Куда нам прийти? Вы где живёте?
— Мы лучше сами заедем, — ухмыльнулся Некрасов. — Не будем зря беспокоить нашего лендлорда… Вон он, кстати, совершает моцион.
Ира проследила за его взглядом. Вдоль забора крайнего к лесу домика неторопливо прогуливался Семён Васильевич, которого Ира по старой детской привычке слегка побаивалась. В пять лет ей казалось, что жутковатый мужик, до глаз заросший уже тогда седой бородой — не деревенский житель, а явившийся из леса сказочный родич Бабы-Яги.
— Пойду поздороваюсь, что ли, — Макс жизнерадостно взлохматил светлые вихры. — Ну, до завтра?
Смотрел он на Иру, но ответила ему Оля. Сестра рассыпалась во многословных благодарностях, так что Ире оставалось лишь помахать Максу на прощание. Некрасов подмигнул ей и размашистым шагом направился к Семёну Васильевичу желать доброго утра.
— Оль, это было невежливо, — шёпотом попеняла кузине Ира. — Взяли и навязались…
— Он же сам предложил, — искренне изумилась Оля. — И вообще, ты ж от станции с ними ехала, и ничего!
— Это же другое, — Ира смущённо оглянулась на беседующего с Щукиным Макса. — Нам было по пути…
— Так и сейчас нам по пути, — пожала плечами сестра и вдруг лукаво подмигнула. — Смотри-ка, как быстро сбываться начало! Дальняя дорога, приятный незнакомец… Может, ещё чего-нибудь сойдётся, м-м-м?
Ира только вздохнула в ответ.
XLI. Разлом
— Я нашёл нам компанию, — с порога объявил Макс, часто моргая, чтобы приноровиться к пыльному сумраку внутри дома.
Зарецкий, занятый какими-то расчётами, поднял голову от разложенных на кухонном столе звёздных карт.
— А я тебя за чем посылал?
— За расстановкой сил противника в ближайшем лесу, — Макс вытащил из шкафчика щербатое блюдце и высыпал в него остатки ежевики. — Противник встретил как родного и показал обильные ягодники. На, угощайся.
Ярик, посомневавшись, дарами леса всё же прельстился. Ещё бы, всяко интереснее гречки с тушёнкой! Макс, сощурившись, заглянул в горящий жемчужным светом экран ноутбука, ни черта не понял в набранных мелким угловатым шрифтом компьютерных заклинаниях и решил, что лучше спросить.
— Чего ты тут такое делаешь?
— Прикидываю лучшее время для наблюдений, — коллега указал тупым концом карандаша на узкое окошко, в котором значился столбик дат с указанием времени. — Идём сегодня вечером, потом утром во вторник, потом в четверг на весь день. Дальше посмотрим, понадобится или нет.
— А в остальное время — досуг и оздоровительные процедуры? — с надеждой поинтересовался Некрасов.
— Точно. Бурьян косить, проводку чинить, антенну налаживать…
— Слушай, ты на инженера учился, вот сам и возись со своей проводкой, — взвыл Макс. — Я гуманитарий, я такое не умею!
— Шеф велел тебя образовывать, — Зарецкий, заметив на одной из карт какое-то преступление против истины, стёр лишнюю линию и аккуратно провёл луч от Полярной звезды куда-то в созвездие Геркулеса. — Так что ты там придумал такое?
— А, — вспомнив о приятных завтрашних перспективах, Макс несколько воодушевился. — Я встретил Иру с сестрой и позвал поехать с нами во Владимир. Теперь ты от культурной программы не отвертишься!
— Некрасов, — Ярик раздражённо захлопнул крышку ноутбука, — ты не мог бы прекратить пытаться устроить свою личную жизнь за мой счёт?
— Почему за твой счёт? — с достоинством парировал Макс. — Хочешь — выбрось нас в центре и поезжай за своими проводами, я не в претензии.
— И положиться на твою сознательность? — ядовито спросил Зарецкий, сворачивая карты. — Имей в виду, дольше, чем до двух, я там торчать не собираюсь.
— Ой, какие мы суровые, — фыркнул Некрасов. — Если влом ехать — вон у соседей бы попросил, чего там тебе надо…
— Не хочу, — нахально заявил Ярик. — Я, между прочим, всё ещё жду доклада по здешней нежити.
Макс вздохнул и принялся рассказывать. За три часа скитаний по окрестным лесам он выяснил, что нежити тут много, вся более-менее разумная, ходит с бирками и к местным жителям настроена нейтрально. К разлому, как и предполагал Зарецкий, лесные обитатели не суются, само место следом за людьми зовут гиблым и обходят десятой дорогой.