– Да, – некромант кивнула. – Ее личный платок.

– Вы отдадите мне его? – глаза Лэнгдона в предвкушении загорелись. – Тетра, я даже не знаю, как вас благодарить…

– Нет.

Вильям резко обернулся.

– Тетти, думаю, разумнее было бы отдать платок жениху. Он сможет найти Луизу.

– Я должна удостовериться, что она в порядке. Либо мы идем к удильщику вместе, либо я найду удильщика сама.

– Не найдешь, – уверено сказал Лэнгдон, впервые перейдя на «ты».

– Значит, я найду другой способ отыскать Луизу без вашей помощи, – настаивала на своем девушка.

Лэнгдон потёр переносицу двумя пальцами. Ситуация накалялась.

– Тетра, ты же сама сказала, что это опасно, – попытался вразумить ее Вильям. Призрак подлетел к девушке вплотную.

– Вил, я уже все решила. Выбор остаётся только за тиром Кварцем.

– Я буду глупцом, если не соглашусь, – мужчина встал, опираясь на трость, и от боли поморщил лицо. Нога в последнее время волновала его все сильнее. – Тогда завтра встречаемся на вокзале: вы приносите с собой платок, а я покупаю билеты и беру на себя все расходы. Думаю, это равноценный обмен. Согласны?

Он выжидающе посмотрел на Тетру, но та молчала кусая губы.

– Тетти, что не так?

– Я забыла упомянуть, что платок находится в доме моего отца.

– И? – непонимающе спросил Лэнгдон.

– Год назад я сбежала из дома. И поменяла свой облик лишь для того, чтобы мой отец меня никогда не нашел.

– Вот черт! – мужчины выругались одновременно.

Ночь была очень ясная, и середина пруда сверкала, как серебряный щит. Берег густо зарос камышами и тростником, в которых то и дело кто–то шевелился. Чуть поодаль в изобилии росли белоснежные кувшинки, похожие на хрупкие фарфоровые чашечки, а рядом с ними из воды поднимали свои цветущие головки рдесты. В воде отражались звезды, по берегам мелькали россыпи светлячков. Все это было так потрясающе красиво, что Тетра совершенно забыла о своей компании.

– Накиньте это на плечи, тира, а то можете простудиться, – дворецкий передал девушке в руки теплую меховую накидку. – Возле воды всегда прохладно.

– Спасибо Эрдан…

– Баксли. Но я давно уже открестился от своего рода, так что называйте меня просто Эрдан.

Девушка кивнула, всматриваясь в иссохшее лицо мужчины, с очень печальными глазами. Аура его была серой, неясной и немного мутной. Обычно такие люди повидали в своей жизни немало бед, подавляя себя и прогибаясь под остальных. Видимо, такова участь всех дворецких.

– Вот, держите, – Эрдан что–то протянул Тетре.

– Огурец? Я вроде как не голодна, – девушка с сомнением посмотрела на овощ.

– О нет–нет. Это не для вас, – дворецкий помахал руками. – Это для них.

В это же время из зарослей послышалось покряхтывание, и перед Тетрой предстали два лебедя: один белоснежно белый и другой черный, как сама ночь. Увидев в руках девушки огурец они целенаправленно направились к ней неспешной переваливающейся походкой.

– Смелее, – подбодрил некроманта Эрдан. – Они не щипаются.

– Слабо верится, – девушка нерешительно переломила огурец пополам и вытянула руки. К ее удивлению, лебеди, что были ей по пояс, с невероятной грацией и аккуратностью взяли своими клювами угощение и вытянув шеи стали с удовольствием есть. И такое умиление накатило на девушку.

– Наконец–то на вашем лице улыбка. Лебеди способны творить чудеса.

– Я как будто вернулась в детство, где все беспечно и все просто. Спасибо вам.

Дворецкий смущенно улыбнулся.

– Я считаю, что ребенок живет в каждом из нас, просто иногда мы об этом забываем. Он пылится, сжимается и исстирается, но именно в такие моменты мы даем ему выйти наружу.

– Звучит хоть и философски, но очень здраво.

– Какой из меня философ, – отмахнулся мужчина. – Но вы еще совсем молоденькая, чтобы прятать его внутри себя.

– Мне уже двадцать.

– О, простите, совсем уж древняя старуха, – не выдержал и хохотнул Эрдан. Подул ветер и девушка поплотнее закуталась в накидку. – Пойдемте в дом, уже холодно, поздно и пора ложится отдыхать. Тир Кварц выделил вам зеленые покои, самые красивые и удобные во всем доме.

– Хорошо. Обождите секундочку, – некромант подошла к одному из лебедей и подняла с травы невесомое перо.

– На память, – будто бы оправдываясь, произнесла она.

Дворецкий довел девушку до дверей комнаты.

– Спасибо, что помогли мне немного проветрить голову.

– Не стоит. Спасибо вам, что немного оживили наш дом, ему давно не хватало женской энергии. Спокойной вам ночи, тира Визари.

– Спокойной, Эрдан.

Зеленая комната оказалось довольно просторной, но уютной: кресла и диван, обитые сукном с фисташковым отливом, большая кровать с балдахином цвета темно–зеленого чая и в тон им гардины на большом в пол окне. Мебель простая, без всяких украшений, но массивная и добротная – такой время нестрашно.