Женщины говорили тихо, но у меня слух, как у агента КГБ. И я не могла оставить их реплики без ответа. Не поленилась, достала мобильник, набрала номер Юры.

– Привет, любимый! Как твое совещание? И министр будет? Да нет, не скучаю. Я с Риткой. Отлично проводим время. Катались на роликах, были в книжном, зашли в кафешку. После двух работ – активный отдых. Жизнь бьет ключом! Ты ведь любишь энергичных девушек, а не бездельниц-содержанок? Я тоже тебя люблю!

Хороший детектив помог мне продержаться на работе до выходных. Как только Петровская убиралась из нашего офиса в свой после декламации очередных нотаций, я тут же хваталась за книжку. Пара страничек – и жизнь уже не кажется такой безрадостной. Хотя однажды от волнения я сделала два дела одновременно: открыла минералку и… вымыла клавиатуру. Быстро огляделась. Кажется, никто не заметил. И меня не уволят за порчу государственного имущества.

И в уик-энд мне расслабиться не удалось. Ведь мне предстоял официальный визит на день рождения к матери Юры.

Тамара Анатольевна считала, что женщина создана для того, чтобы заниматься мужчиной и искусством. Поэтому она удачно выбрала себе профессию искусствоведа и мужа – Вадима Николаевича Баташова. Отец Юры – из семьи потомственных дипломатов, сам работал в МИДе, специализировался на международной банковской системе. И пять лет тому назад оставил государственную службу и вошел в совет директоров одного крупного российского банка.

Каждый раз, идя в гости к родителям Юры, я стараюсь мило улыбаться и не думать о том, что они явно предпочли бы видеть рядом с сыном приличную девушку из приличной семьи, в приличной одежде и с приличным счетом в их банке.

Я надела лучшее, что у меня было: желтое платье в коричневый горошек и туфли на высоченных каблуках такой же гороховой расцветки, что особенно ценно. Может быть, одежда и не супердорогая, зато радостная и праздничная.

В просторной квартире Юриных родителей с видом на Москву-реку собралась изысканная публика. Дипломаты, банкиры, директор одного из главных музеев страны.

За столом, щедро уставленном закусками и бокалами, обнаружилась и Александра Петровская. Выяснилось, что ее отец и папа Юры вместе работали во времена холодной войны, что стало основой для их горячей дружбы.

Отлично! Я и так чувствую себя здесь не в своей тарелке, а в чужой салатнице. И тут еще Александра Евгеньевна нарисовалась! И, конечно, нахмурилась в мою сторону.

– Надеюсь, вы, Виктория, больше не будете манкировать своей работой, – произнесла она достаточно громко, чтобы все слышали.

– Что делать? – не поняла я.

На что она намекает? Что я манную кашу на службе варю или маникюр себе делаю?

– Да, мама, я тебе не говорил, что Виктория теперь работает в МИДе, – пришел мне на выручку Юра.

– Это гораздо лучше, чем с малолетними преступниками возиться, – благосклонно кивнула Тамара Анатольевна.

– О, а вы раньше трудились в колонии для несовершеннолетних? – оживилась пожилая дама в черном костюме, который украшала большая рубиновая брошь.

– Да нет, я, собственно, преподаю английский язык в школе-интернате, – пришлось оправдываться мне.

– Ну кто сдаст родного ребенка в интернат? – поморщилась виновница торжества. – Только мать-преступница и отец-алкоголик. И кто вырастет из их чада? Асоциальная личность…

– Что за тема? У нас же праздник, – вмешался отец Юры и провозгласил тост в честь именинницы.

Все подняли бокалы. Справа от меня сидел Юра, слева – дама с брошью. С Юрой я чокнулась, а повернувшись в другую сторону, едва не расплескала дорогое шампанское. Дама держала бокал левой рукой. И на этой самой руке красовалась массивная печатка. Та самая, с буквой V…

Боже мой, неужели в клуб пожилых сластолюбцев и самоубийц входят и женщины?!

Конечно, достаточно включить телевизор или полистать глянцевый журнал, чтобы убедиться: чем старше женщина, тем она в большей степени не прочь заполучить любовника, который годится ей в сыновья. Так что теоретически эта дама с брошью может повторить судьбу Корского. Боюсь, у ее последней любви даже больше шансов довести своего спонсора до белого каления, чем их имелось у секретарши Лиды.

Молодая любовница вполне может превратиться в молодую жену, мать детей и хранительницу очага. А вот молодой любовник скорее воспользуется деньгами и связями своей пожилой пассии, а потом найдет себе молодую любовницу, жену и далее – по списку.

И как я раньше не замечала, что столько людей вокруг носят печатки с буквой V, может быть, и правда, это просто мода такая?

– Какое необычное у вас украшение! – Меня словно магнитом притянуло к соседке слева. – Обычно такие печатки носят мужчины.