Сработавший таймер заставил меня подскочить на месте. Я едва успел отвести взгляд от Коляна, который открыл глаза и попросил всех выходить из медитации. Ну надо же, кажется в своих размышлениях мне удалось отключиться от реальности и, главное, перестать переживать по поводу ведьмы.

Во время наших занятий Жора несколько раз угукал и сделал пару рейдов по коридору. Оля заявила, что птица чувствует предстоящее и пойдет с нами в СОС. Я хотел было заржать, но, посмотрев на Коляна, вовремя сдержался. Денис успел перехватить мой взгляд и хитро улыбнулся.

Да пофиг, во что они верят, лишь бы с ведьмой помогли разобраться.

Потом мы все повалились спать в Коляновой комнате. Девчонок он пустил на кровать, а нам достались тонкие туристические пенки и одеяла на полу. Я лёг на спину, стараясь следить за дыханием, чтобы поймать момент перехода. Но чёрная пелена накрыла меня и заполнила сознание, утянув в глубокий тяжёлый сон.

Глава 8. Совместное сновидение

Я маялся за партой и офигевал от этого дурацкого закона. Это ж надо было придумать –заставить всех доучивать математику. В школе!

Рядом со мной сидели ещё три десятка недовольных лбов и бурчали. Один паренёк вскочил на стул, привлекая внимание.

– Требую положить конец тирании математички! Хватит это терпеть! Мы должны восстать против школьного гнёта.

Класс поддержал его нестройными криками, кто-то даже кинул учебник в угол. Учебник недовольно пискнул, расправил страницы-крылья и с жалобным криком вылетел в окно.

– Отпустите их! Пусть летят в тёплые края! – завопил со стула доморощенный революционер.

Я радостно подкинул учебник, и тут вошла она. Математичка. В строгом костюме кислотно-розового цвета, облегающем внушительный бюст, зеркальных очках-каплях и в военной фуражке. Стройные ноги, едва прикрытые мини-юбкой, казались невероятно длинными из-за высоких каблуков. Но стояла она в такой обувке уверенно и твёрдо, как прапорщик на плацу.

Учебник хрипло каркнул и уселся к математичке на плечо.

– Шевцо-о-о-ов! – заорала училка, тыкая в меня указкой. – Это вообще что-о-о?!

Парень со стула сразу куда-то делся, класс притих. Все повернули головы ко мне.

– А я чё? Я вообще…

Вот ведь мутят воду некоторые, а потом отдувайся.

– Ты – самый негодный ученик! Неспособен к самодисциплине, пойдёшь дворником работать! Уборщиком!

– Да я уже сисадмином работаю же, – попробовал возразить я. – Бауманку закончил.

– А с работы тебя выгонят! Все знают, что ты там ничего не делаешь. Халявщик!

– Квашня! – каркнул учебник с плеча училки.

Она выставила указку перед собой и начала медленно приближаться. Класс как вымер. Вот уроды, только что революцию хотели устроить, и на тебе!

Все смотрели на меня. А я – на указку. От одного вида направленного в лицо металлического острия тело сводило судорогой.

– Класс, в атаку! – неожиданно для себя закричал я и прыгнул в окно.

Краем глаза успел заметить, как ученики синхронно встали и набросились на училку.

Стекло разбилось легко, разлетелось в стороны, как картонка. За окном пышной зеленью бушевали тропические джунгли. Я упал на мягкую подстилку из трав, которая спружинила, как батут. На толстой лиане сидела, обхватив её крючковатыми лапами, сова. Она пару раз ухнула и склонила голову набок, уставившись на меня круглыми оранжевыми глазами. Впереди, оплетённые лианами, маячили какие-то развалины. Между ними темнел проход: узкий лаз, свободный от растительности. Туда я и кинулся.

Слева и справа тянулась древняя каменная кладка. А сверху нависал плотный зелёный потолок из лиан.

– А ну выходи, паразит! – раздался голос сзади. – Всё равно отца в школу вызову. Расскажу о твоих успехах! Если выйдешь сейчас, то, так и быть, он не узнает об этой выходке.

Училка. Ага, щас!

Я только прибавил шагу. Зелени становилось всё меньше, а стены поднимались всё выше. Под ногами чувствовался уклон. Кажется, коридор уходил под землю и превращался в тоннель. Но деваться было некуда, и я продолжил спуск.

На стенах появились факелы, закреплённые в металлических ободах. Мягкую травяную подстилку под ногами заменил камень. Я дошёл до места, где тоннель разветвлялся натрое. Похоже, он стал превращаться в лабиринт. Выбрав правый из ходов, я поспешил туда. За спиной цокали каблуки училки. Злючка приближалась.

Немного погодя этот тоннель разделился на девять, все уходили вглубь. Я остановился в замешательстве, не зная, куда пойти. Зловещие чёрные провалы привлекали не больше, чем возвращение к училке.