— Медовенькая моя, — сладко пропел Котик, но ненатурально дрожащий голос только разозлил Викторию. Она отбросила его руку, и когда он, спрыгнув с постели, облапил её, несильно ткнула его пальцем в глаз. Котик-Пашка тихо взвыл, схватившись за повреждённый орган зрения, а раздражённая Виктория взяла стоящую у камина сувенирную кочергу. Ступая как можно тише, она двинулась к двери на лестницу. Прислушалась, и рывком отворила дверь. Лестница была пуста. Виктория пошла вниз. Винтовая лесенка привела её к арке, прикрытой плотной, затканной драконами парчой. Тихо отогнув краешек парчовой занавески, Виктория заглянула в кабинет. У шкафчика с подарками стоял спиной к ней человек, и задумчиво разглядывал выточенную из нефрита фигурку козла.

Она затаила дыхание, сжимая вспотевшими пальцами кочергу. Со спины незваный гость показался ей смутно знакомым. Но это точно не человек клиента. Надо уйти и вызвать охрану.

— А вот и Виктория, — человек повернулся, и кочерга задрожала в её руке. — Сама пришла. Заходите, магистр.

Виктория на ватных ногах прошла под аркой. Зашуршала за её спиной, опускаясь на место, тяжёлая золотая парча.

— Я вижу, вы явились во всеоружии, магистр. — Человек улыбнулся, а Виктория остро осознала свою наготу. Кочерга в ослабевшей руке дрожала всё сильнее.

— Что вам здесь нужно? — спросила она, собирая всё своё мужество. — Зачем вы пришли?

— Вы не звали нас, а мы припёрлися… — язвительно пропел незваный гость, отходя от шкафа. — Сядьте на своё место, магистр. Нужно закончить гадание.

— Я знаю, в чём дело! — крикнула Астра.

— Что?

— Я догадалась! — нетерпеливо крикнула она опять. — Мне нужно сказать это следователю!

Её друг плавно затормозил, и они свернули к обочине. Он обернулся:

— Что такое?

— Говорю тебе, я знаю, что им было нужно. — Астра торопилась, глотая слова. — Там, дома. Шкатулка. Всё разбили. Я знаю. Бабка Матильда. Ну, шкатулка же!

— Говори толком, — оборвал он. — У нас нет времени на истерики.

— Я не истеричка! — она выдохнула, и сказала медленней: — Слушай, они что-то искали. Следователь меня спросил, не пропало ли чего. Так вот, я вспомнила. У бабки Матильды была ценная вещь.

— При чём тут бабка? Ограбили ведь не её?

— А при том! Эту вещь бабка отдала моей маме. На хранение. Чтобы мама в сейф положила. Может, бабка боялась, что у неё украдут.

— А что за вещь?

— Не помню. Я ещё маленькой была.

— И скажешь в полиции: «Не знаю, не помню, но что-то было»? Да они посмеются над тобой!

— Пусть смеются, — зло сказала Астра. — Моих родителей за эту вещь… — Она судорожно всхлипнула. Он торопливо обнял её.

— Ну, хорошо. Пойдём к следователю.

Он отпустил её, отвернулся и отстегнул клапан куртки. Вытянул на свет обшарпанный чехол, отстегнул застёжку. Неярко засветился экран коммуникатора. Он взял двумя пальцами из кармашка две телесного цвета кнопочки и прилепил под шлем.

— Что ты делаешь? — Астра топнула ногой. Её распирало от желания вывалить на полицейского следователя свои соображения немедленно, здесь и сейчас.

— Ты хочешь увидеться со следователем?

— Ну!

— Тогда не мешай, — он пробежал пальцами по панели. — Да, Витёк. Я. Сегодня я монстр. Ага. Тот самый. Потом обсудим. Давай, гони инфу, как тогда. Да. Жду.

Он застыл, глядя в экранчик, Астра дышала ему над ухом, ёрзая по сиденью. Они остановились у обочины, мимо пролетали редкие авто и пару раз протарахтели такие же, как у них, таратайки. Здесь были остатки частного сектора, чудом уцелевшего при перепланировке города. Дорога была старая, местами просевшая, и пыль клубилась вдоль пыльной обочины, свиваясь в маленькие серые смерчи.

— Спасибо, Вит, — он захлопнул чехол. Астра вздрогнула. — Поехали. Будет тебе встреча у фонтана.

— Где?

— Твой Анатолий Збигневич на вызове. Там мы его и прихватим.

— Он меня к себе в участок вызывал.

— Хочешь в отделение? Детка, тогда я не смогу тебя защитить. Ты там будешь как тополь на площадке. Отовсюду видна.

— Ладно, Иван Сусанин. Вези уже!

— Если тебя ещё интересует моё имя, то я не Сусанин. И даже не Иван, — он ткнул в кнопочку куртки, закрыв клапан. Затарахтел мотор, Астра торопливо ухватилась за скобу. — Я, к твоему сведению, Фома. Чтоб ты знала.

— Который неверующий? — прокричала Астра, заглушая треск мотора.

— Почти!

Они рванули с места, и пыль понеслась за ними по серой дороге, завиваясь клубами.

Неуверенно переступая босыми ногами по ковру, Виктория подошла к своему креслу и опустилась в его мягкие, успокоительные глубины. Скрытая подлокотниками и краем стола, она перевела дух. Человек облокотился о полированную поверхность, выложенную золотой нитью, и склонил голову, разглядывая руны.