* * *

— Он, наверное, самый талантливый в своем классе, — сказала миссис Кингстон. — Посмотрите, как все прорисовано. Многие дети в его возрасте не ушли дальше схематичных фигурок.

— Он всегда любил рисовать, — сказала Сара, лучась от гордости.

Тоби кивнул. Это была чудесная, тщательно нарисованная картинка, а еще был мальчик, которого сегодня ожидал очень строгий выговор.

* * *

— Хранить секрет подразумевает и то, что ты не должен рисовать Оуэна в качестве школьного проекта, — объяснил Тоби.

— Я никому не говорил, что он настоящий.

— Я понимаю, но на картинке он очень на себя похож. А что, если тебя спросят, как ты его так хорошо нарисовал?

— Уже спросили. Я сказал, что выдумал его. Он — монстр.

— Так, хорошо, но... думаешь, президент рисует картинки арсеналов ядерного оружия? — Тоби чувствовал, что логика его аргумента ускользает от сына. — Просто не рисуй больше Оуэна, хорошо?

— Хорошо.

— Но картинку мы ему покажем. Ему понравится.

* * *

— Будь аккуратен. Очень аккуратен.

Спустя месяц — и десять посещений — они в очередной раз пришли к Оуэну. Монстр стоял, закованный в цепях, с руками по швам и слегка опущенной головой, словно говоря: «Я покорное и безобидное существо».

Пока Гэррет стоял поодаль в нескольких футах, Тоби приблизился к Оуэну и погладил его по шерсти.

— Хороший мальчик. Самый лучший дружище. Всем будет приятно. Никакой крови. Все спокойны и довольны?

Да.

— Еще раз — ты хороший мальчик, да?

— Ты обращаешься с ним как с собакой, — сказал Гэррет.

— Я проявляю осмотрительность.

— Все равно ему это не нравится. Он же не собака.

— Ну да, а еще у него клыки и когти гораздо больше, чем у собаки, и, как твой отец, я имею право чрезмерно тебя опекать. Надень маску.

— Глупость какая-то.

— Маска.

— Да, сэр. — Гэррет надел маску, добавив ее к уже надетой форме кетчера. Конечно, доспехи были бы лучше, но если Оуэн внезапно взбрыкнет, то это поможет избежать царапин. Лучше пусть сын будет выглядеть по-дурацки, чем рисковать закончить встречу кровопролитием.

— И перчатки.

Гэррет без возражений надел толстые перчатки с набивкой.

— Хорошо. Ну пошли.

Гэррет некоторое время не шевелился, словно набираясь храбрости.

— Можешь собираться с духом, сколько понадобится.

Гэррету понадобилась пара минут. Затем он шагнул вперед, протянул руку и легонько коснулся Оуэна указательным пальцем.

— Полегче, — предупредил Тоби Оуэна, хоть тот и не шевельнулся.

Гэррет подошел чуть ближе, затем принялся гладить руку Оуэна. Монстр послушно стоял.

— Круто? — спросил Тоби.

— Да, но не в перчатках.

— Хорошо, можешь снять перчатки. Но только их.

Гэррет стянул перчатки и засунул их обратно в карман. Он пробежался пальцами по шерсти Оуэна.

— У него вши.

— Ага, знаю.

— Его надо помыть.

— Тебе монстр нужен или пудель?

— Монстр.

— Еще у него вся шерсть в колтунах. Я не расчесываю его, как раньше.

— А я могу?

— Не сегодня. Но когда-нибудь сможешь.

— Он мне нравится.

— И мне тоже. Ну хорошо. Пока достаточно.

Когда Гэррет отошел, Оуэн показал знаками: друг.

— Он сказал, что ты его друг, — сообщил Тоби.

Гэррет улыбнулся и показал знак «друг» в ответ.

* * *

— Почему мы не можем пойти к нему в гости? — спросил Гэррет.

— Ты знаешь, что означает «вызывать подозрения»?

Гэррет обдумал это.

— Это означает, что люди думают, будто ты делаешь что-то плохое?

— Примерно так. Если мы будем ходить слишком часто, мама будет задаваться вопросом, что мы затеяли, и тогда велика вероятность, что она узнает про Оуэна. Понимаешь, о чем я?