Шрифт:
Наутро мы проснулись ест естественно, не выспавшись! Еще бы, проболтали до двух ночи! Стащив друг друга по очереди с кровати, стали быстро собираться. Пипи еще успела позавтракать. Мне сегодня уже намного лучше: от заложенности носа не осталось и следа. Через пятнадцать минут мы уже выезжали с парковки.
— Я хочу попробовать поискать работу сегодня.
— Может, еще побудешь дома, чтобы выздороветь окончательно? — беспокоится Пипи.
— Я хотя бы попытаюсь, — тяжело вздыхаю я.
Я сдала форму старшей медсестре Летти, избежав встречи с Доком. Зашла в бухгалтерию и мне выдали чек на 256 долларов. Не много, думаю я. Но и на том спасибо. По пути вниз зазвонил мой мобильник.
— Доброе утро, малышка! — слышу я радостный голос Марка.
— Привет!
— Почему не сказала, что тоже поедешь в госпиталь? Пол сказал, что отвез вас обеих.
— Я это решила после твоего ночного сообщения, воспользоваться случаем и поехать в госпиталь на машине.
— Я бы сам тебя отвез в любой момент!
— Здесь нет ничего страшного, у меня тем более есть дела.
— Какие?
— Личные!
— Рассказывай, что за личные дела?
— Я хочу отправиться на поиски работы.
Я вышла на улицу, заполненную шумом машин, автобусов, звенящих мобильников, разговоров, визгов и смеха. Город проснулся.
— Нет, тебе не нужно искать работу. Тебе вообще не нужно работать!
— С чего это?
— Потому что я не хочу, чтобы ты работала! — твердо сообщает мне Марк.
— А я хочу работать! Мне нужны деньги!
— Я буду давать тебе деньги, сколько нужно тебе, буду давать!
Я закатываю глаза и тяжело вздыхаю.
— Я не хочу быть содержанкой. Неужели так сложно понять? Я взрослый и самостоятельный человек. Я сама в праве решать, что мне нужно, работать или не работать!
— Конечно в праве! Но некоторые вещи теперь буду решать я!
— Почему это?
— Потому что я мужчина! Мы — вместе! Ты теперь моя девушка! Решать твои проблемы — теперь моя задача!
— А мне что тогда делать?
— Просто любить меня! — он заявляет это так спокойно и уверенно, что мне просто нечего ответить.
Я стою посреди улицы, пораженная его словами. Машины пролетают мимо меня, люди спешат на работу, даже собаки куда-то торопятся! А мне, видите ли, нужно отправится домой и сидеть там! Ах да, и, сидя дома, любить его!
— Почему ты молчишь? — слышу я его голос в трубке.
— Потому что я поражена твоим запредельно высоким уровнем эгоизма!
Я слышу его довольный смех в трубке.
— Побудь там! Сейчас Пол заберет тебя и отвезет домой.
— Не нужно, я доберусь на метро!
— Ты знаешь, я не люблю повторять дважды и уговаривать. Но на всякий случай, скажу еще раз, может ты меня плохо расслышала. Оставайся на месте и жди, когда Пол заберет тебя!
Я быстро прокручиваю в голове все варианты возможных последствий. Самое безобидное — мы с ним поругаемся, а мне этого не хочется, ведь вечером нам предстоит идти на свидание вместе. А самое страшное — он приедет сам и закроет меня в квартире и вообще ни на какое свидание не повезет!
— Хорошо, — спокойно отвечаю я.
— Правда? — недоверчиво спрашивает он.
— Мгм, — вздыхаю я в трубку.
— Хорошо, — он все еще не верит, что я согласилась и подозрительным тоном прощается со мной, — тогда созвонимся чуть позже, у меня сейчас собрание. Целую тебя крепко, малышка!
Я ничего не отвечаю, а просто кладу трубку. Возвращаюсь на крыльцо госпиталя, оттуда будет лучше видно, где припаркуется Пол. У меня есть примерно пятнадцать минут. Вдруг мне приходит в голову идея извиниться перед Крэгом. Захожу внутрь, теперь меня не пропустят просто так. Вру на ресепшене, что я забыла куртку наверху в комнате для персонала. Девушка нехотя пропустила меня, велев немедленно возвращаться. Я поднимаюсь на этаж, минуя ненужные мне двери и останавливаюсь возле палаты 537. Секунду колебаюсь, но рука уже стучит в дверь. Слышу по ту сторону палаты сухое "Да". Я медленно приоткрываю дверь и робко захожу.
— Чего тебе блин надо от меня! — сходу слышу злое рявканье Крэга. Он лежит на кровати, сверху его прикрывает обеденный столик с завтраком. Рядом с ним сидит приятная с виду женщина и кормит его. Наверное, это его мама.
— Я… я просто, — запинаясь, начинаю я.
— Ты просто меня достала! Чего ты вечно сюда припираешься?! Убирайся! Вон отсюда! — он кричит настолько громко, что наверняка его слышат по всему коридору, а может и вовсе за пределами госпиталя. Его мама резко встает, округляет глаза, не зная, как реагировать на эту ситуацию. Она злобно смотрит на меня, не находя слов.