– Найду, живьём шкуру сниму, падаль, – схватился за топор Славко и подался челюстью вперёд. Получив портрет врага, он заозирался бешено, словно южане вот-вот выпрыгнут на них из-за деревьев. – Убью суку.

– То могут вовсе не рожочки быть, топор спрячь, – осадил Мордастого Бреган, – а простые бандиты. Медорезы да кабанники. Шатаются всюду, и в Посрединных Землях, и вокруг них. Такие за войском идут и подъедают всё, что выпадет. Ссаными тряпками не прогонишь.

– Точно. Сапожочки у рожочка и подрезали.

– Или самого его подрезали. Что верней. И в сапогах его теперь по лесу шкандыбают, – закончил мысль Бреган.

– Ну что, за ним идём? – вопрошающе развёл руками Бобёр. – Зуба, ты там как? Русалкам помолился уже?

Зубрав, проморгавшись, вдохнул поглубже. Брегану хватило одного взгляда, чтобы понять – чёткий след и доводы товарищей не сумели сбить Зубрава со спиритического настроя. Тот несколько смутился, но от полной капитуляции был далёк.

– Что ж это выходит… Шли мы себе, шли, – старался он заглянуть в глаза каждому из присутствующих, – и тут сук на пути… преградил… и, как перст, значит, с тропки сойти указывает. Вот так себе случайно взявшийся.

– Не случайно. Он той палкой от земли отталкивался. Поэтому и прыгнул так далеко, кусты перескочил, – ответил командир.

– Вот как. Что ж выронил её тогда и на тропе бросил?

– Ну, спешиииил человееек. Может, пчёлы за жопу кусали, – вставил паличник.

Командир не позволил Зубраву разойтись в предположениях, кто же на самом деле кусал за причинное место беглеца, и велел своим собраться в путь. Решив, не тратить более время на споры, он дал указание Круве следовать за отпечатками. Остальных же обязал явить чуткость и в случае чего выхватывать оружие, не мешкая.

Восставшее обеденное солнце понемногу выпаривало влагу из сырой земли. Под зелёными кронами сделалось светло и душно. Лбы покрылись испариной. Рубахи и дублеты липли к вспотевшей коже под тёплыми стёганками. Бреган ощущал жар. Но жар тот был не от курток толстого сукна и не от привычной кольчужной тяжести. Командира пекло предчувствием. Обернувшись псами, они выслеживали свою дичь. Радостно было для Брегана чувство уверенности в своей правоте, чувство обозначенности и некой определённости. Рвался он вперёд, стремясь раньше всего подтвердить свои догадки, а уже затем отметить заслуженный трофей наградой.

– Я тут подумал, командир, – начал Бобёр. – Ну, наловим мы татей. И что? Крестьяне-то нас за лееешим послали. Скажут: «Нет башки борового – нет награды. А за разбойников спасибо, конечно».

– Не скажут, – мрачно отозвался Бреган.

– Я к тому, что с них поболее стрясти можно. Подстрелим оленя, башку отрубим, набьём чем-нить, веток в уши наставим, скажем: «От ваш Леший. Гоните серебро». А к этому в дополненье скажем, что ещё и бандитов опасных извели. И пусть за них тоже плотют. Как надбавочка. Вроде того.

– Ну, коль подстрелишь твоего оленя, делай, – усмехнувшись, разрешил Бреган.

– Да что я-то? Кухарь, вон, охотник. Вот пусть и подстрелит, – кивнул паличник на шагающего впереди по следам, Круве.

– Кухарь своим делом занят. Не тормоши.

Железноносые ботинки торопились куда-то по прямой, и долгое время преследуемый перемещался бегом. Об этом лаконично сообщил соратникам Круве. Затем беглец перешёл на шаг. Острые носы его башмаков вскопали землю вдоль неглубокого оврага, а потом повлекли наёмников южнее, туда, где, согласно карте комаринского войта, располагалось озеро Киртыш.

Древостой кругом сделался гуще, а зелень темнее. Хозяин следа вышел на чуть подсохший рыжий суглинок и следы, оставленные на нём, были едва заметны. Потерявшие их из виду наёмники заозирались.

– Пропал след, – пронзительно зашипел Бобёр.

– Тихо, – неожиданно серьёзно отозвался Круве. – Пропали отпечатки. А след никуда не делся … След здееесь.

Молчаливый следопыт выглядывал что-то на земле. То приникал он к ней, то вновь вставал на ноги, пока в конце концов не выбрал направление. Следовал он одному ему видимой дорожкой, оставленной на сухих ветках, что в изобилии лежали вокруг. Дорога та была прослежена им от одной треснувшей ветки до другой. Пригнувшись, он обошёл две низкие сосенки и вновь увидел отпечатки знакомых ступней на земле. Следопыт обернулся и жестом подозвал своих, разрешив тем двигаться.

Возобновившие свой маршрут дружинники заходили всё глубже в чащу. Бреган оглянулся по сторонам. Он знал, что такие глухие места опасны могут быть крупными хищниками, вроде медведя. А являясь тварью до крайности хитрой и чуткой, этот зверь, пожелавши, может остаться до поры незамеченным.

Хитрой тварью, однако, как выяснилось, был не только медведь, но и преследуемый наёмниками лесной бандит. Шагавший в слабой видимости много впереди самого отряда Круве вдруг остановился, подав рукой знак соратникам. Не сводивший с его спины взгляда Бреган тут же задержал остальных. Выяснилось, что след, уже какое-то время ведущий дружинников в прямое и стройное никуда, вдруг оборвался резко и непредвещающе. Бреган было подумал, что преследуемый вновь взялся за старое и, добыв по пути палку покрепче, прыгнул куда-нибудь в кусты. Но командир ошибся.