Когда перед глазами перестали мелькать картинки казни Ондиила, я задумался о том, что будет потом. Конечно, Ладмиле с ним понравится, у меня нет и половины того опыта, что есть у моего отчима. Что уж говорить, он даже у Халисари был любимчиком, а мать была весьма искушена в сексе. Ондиил знает, как доставить удовольствие любой женщине. Зрелый, состоявшийся мужчина.

Да, я женат на Ладе, но верности от неё никогда не требовал. Да и могу ли я осуждать её за то, что произошло? Видел сам, как ей было плохо. Ондиил подгадал момент, оказался рядом, опоил её. И все же иррациональная обида затопила сердце. Казалось, в груди ширится огромная рана. Ведь я привязан к Ладе гораздо крепче, чем она ко мне. Крови демона во мне в десятки раз больше, чем в ней драконьей крови. Я просто не смогу от неё отказаться, даже если она решит оставить Ондиила в качестве любовника.

Разумом я осознавал, что ментальный маг подходит Ладе гораздо больше меня. Им даже не потребуются слова, чтобы понять друг друга. Ондиил — прекрасный телохранитель. Красив, верен ей, влюблен. Сейчас именно он защищает Ладу и заботиться о ней. Но чувства активно не хотели мириться с доводами разума. Я то злился, то проваливался в бездну отчаяния, то робко надеялся на то, что Лада, осознав, что её опоили, поссорится с Ондиилом и больше не подпустит его к себе. Я старался спать меньше, потому что боялся увидеть её с отчимом и полностью лишиться этой призрачной надежды.

Постоянные изнуряющие тренировки плохо помогали избавляться от эмоций. Я стал раздражительным, и общение с другими людьми и дроу старался свести к минимуму. Не хотелось, чтобы кто-то догадался о том, как мне плохо.

Завтра мы должны были прибыть в лагерь, а оттуда, объединившись с войсками людей, выдвинуться навстречу наступающему противнику. Накануне я принял решение: в столице узнаю, куда направили мою жену, и поеду к ней. Свой долг я выполнил: подкрепление доставил. Теперь, по традициям дроу, обязан быть на поле боя рядом со своей супругой. Если я не получу официального разрешения, то поеду сам. Плевать на все последствия! Не могу без Ладмилы.

Сегодня вечером наш основной лагерь расположился на подступах к большому селу. Часть командиров поселили в более комфортных условиях — в просторном постоялом дворе, сразу за оградой селения. Мне досталась маленькая, душная комнатушка на четвертом этаже, под самой крышей. Правда, кровать тут стояла выше всяких похвал: широкая, с высокой спинкой и мягкой периной. Но несмотря на мягкую перину, мне не спалось.

Кроме дроу, на местном постоялом дворе остановилось множество людей: торговцы, беженцы, путешественники — в общем, места были заняты практически все. Ожидать тишины от такого огромного количества постояльцев бесполезно. Тонкие стены практически не глушили звуков, и я отчетливо слышал, как торговец в соседней комнате соблазнял селянку. Когда долгие уговоры сменили томные вздохи и характерные поскрипывания кровати, я не выдержал и, быстро одевшись, вышел за дверь.

Мысль об очередной тренировке отмел сразу: тут просто негде. В раздумьях я спустился на первый этаж, где располагался большой трактирный зал, и занял один из столиков. Подбежавшей девушке заказал чего-нибудь поесть и сунул деньги в кармашек на фартуке. Не прошло и десяти минут, как на столик опустилась высокая кружка пива и тарелка с мясом и фасолью.

Однако поесть спокойно мне не дали.

— Что же могло расстроить великого воина дроу настолько сильно, что еда и питьё не уже не доставляет ему удовольствия? — к моему столику без приглашения подсел тощий, подслеповато щурившийся мужчина.

— Кто такой и что тебе надо? — сухо спросил я.

— Сказочник. Зовут меня Урдук. Рассказываю интересные истории за небольшое вознаграждение. Предсказываю будущее, даю советы, помогаю справиться с проблемами, — голос у человека был приятный, одет он был небогато, но опрятно.

— Как помогаешь?

— Слушаю. Когда человек делится тем, что у него на душе, ему становится легче. А я случайный прохожий. Сегодня тут, завтра там. Завтра мы расстанемся и больше никогда не увидимся. А еще у меня очень плохая память, на следующий день из пересказанных историй я мало что помню, все время что-то путаю или забываю. Зато слушать могу очень внимательно, — Урдук улыбнулся, показав желтые зубы.

— А потом рассказываешь сказки другим, на основе реальных историй? Хорошо устроился.

— Это просто сказки. Хочешь послушать?

Почему бы нет? Мне же надо чем-то занять время. Все равно в комнате я не засну, а делать больше нечего. По сотому кругу гонять одни и те же мысли, сидя в одиночестве, совсем не хочется.

— И что за плата?

— О! Совсем небольшая! — явно обрадовался Урдук. — Мне бы просто поесть и попить. Закажи мне то же, что и себе, и я расскажу тебе историю про солдата, который возвращался с войны, но по пути домой столкнулся с чудовищем и вышел из схватки победителем. Или, может быть, ты хочешь услышать про торговца, который попал в шторм на корабле и очнулся в закрытом городе? А возможно, тебя заинтересует история про мага, нашедшего старый фолиант и возжелавшего власти над миром?

— Давай про солдата! — решил я, жестом подзывая разносчицу.

Урдук оказался замечательным сказочником: описывал приключения так, будто сам был свидетелем событий. Сначала была история про солдата, потом про мага, торговца, хитрого селянина. Параллельно ушлый мужичок не забывал просить плату за свои услуги. Пришлось заказать еще пива и оплатить спальное место для Урдука в общей комнате для слуг.

Слушая истории, я заказал пива и себе тоже. Слабый алкоголь, хоть и не сильно опьянил, но развязал мне язык.