Шрифт:
Нас провожали понимающими взглядами. Если привычки боссов здесь всем известны, понятно и то, зачем меня ведут в начальственный кабинет.
Я бы почувствовала жгучий стыд, но в этот момент у меня закружилась голова и затошнило. Перед глазами поплыло и ухмыляющиеся рожи растаяли в мутной дымке. Чтобы не грохнуться, я вцепилась в Максима, и он тут же обнял меня за талию:
– О, горячей девочке уже не терпится? Погоди хотя бы до лифта!
Но в лифт вместе с нами вошли еще двое серьезных людей в дорогих костюмах, которые уважительно кивнули Чельцову и поздоровались с ним за руку. Знали бы они, где в этот момент блуждала его вторая рука!
Приемная боссов была почти на самой вершине небоскреба, и я узнала коридор, по которому в первый раз шла в тумане и на подгибающихся ногах. Какое совпадение, сейчас я примерно в том же состоянии!
Дверь в кабинет Муратова Максим распахнул без стука, демонстративно, да так, что она чуть не проломила стену, в которую ударилась. Да, это не тяжелый дуб факультетских дверей…
Сидящий за своим огромным столом Эльдар медленно поднял голову от экрана ноутбука перед ним и, прищурившись, смерил Чельцова уничтожающе холодным взглядом.
– Надеюсь, Макс, ты с такой помпой привез обещанного специалиста по налоговой системе Мальты?
– Лучше! – ослепительно улыбаясь, ответил тот и крутнул меня вокруг своей оси, сдирая пальто, будто кожуру с фрукта. – Я привез тебе в подарок охуенно горячую девочку! Ты бы знал, как она сосет!
Пошатнувшись, я вновь едва удержалась на ногах, представ во всей красе: растрепанная и с задранной шелковой сорочкой, открывающей край чулок.
Взгляд Эльдара перескочил на меня, глаза его резко сощурились, а потом очень-очень быстро, так стремительно, что я бы и не уловила, если бы не смотрела прямо на него, он стрельнул глазами в сторону подоконника.
И снова откинулся в кресле, интересуясь только происходящим на экране ноутбука.
– На этой неделе дочерта работы, а ты заводишь себе игрушку. Тебе сколько лет, Макс? – процедил Муратов.
Что ему ответил Максим, я уже не уловила, потому что вновь пошатнулась и чуть не упала. На подоконнике, скрытые за полузадернутыми жалюзи, стояли… мои туфли, забытые тут в прошлый раз.
Зачем он их сохранил?!
11
Максим
– Игрушку, говоришь… – я ухмыльнулся, видя за демонстративным равнодушием Муратова неслабый такой интерес. – Зато какую! У тебя такой никогда не было!
– Уверен? – пробормотал партнер, что-то там усиленно наяривая в глубинах наших финансовых документов. Ничего он там интересного не найдет. Сделка нам подходит идеально!
Но Эльдар это Эльдар. Дотошный. Умный. Жестокий.
Страшный человек. Не хотел бы я быть его врагом…
– У тебя никогда такой не было! – Я завалился на кожаный диван в стороне от рабочего стола и поманил эту новую роскошную поблядушку пальцем. – Иди сюда, Юленька, давай подразним дядю Эльдара.
Муратов только бросил на меня скептический взгляд. Давно ему говорил, что ему бы пошли очки в такой толстой черной оправе, поверх которой он бы смотрел на меня строго и осуждающе, как он это любит. Типа, опять Макс притащил какую-то шалаву, у которой ноги не сдвигаются. Нет чтобы поработать.
И чтобы потом, когда он со мной на двоих эту шалаву расписывает во все щели, он их так небрежно сдвигал на лоб.
Юленька приблизилась своей дерганой походкой и вопросительно на меня посмотрела. Странная девка. Такое ощущение, что ее на веревочках водят, а сама она готова бежать за сто километров отсюда. Но стоит ей как следует засадить, так хлюпает и причмокивает как настоящая, аж глаза закатывает. Обожаю таких шлюх!
– Давай, родная, вставай на четвереньки, открывай ротик, – я дернул вниз молнию на джинсах, выпуская член, который и так уже бился о ширинку с внутренней стороны с тех пор как мы с ним увидели ее чулочки и круглую голую попку, к которой так и тянулись руки.
Она встала, уперлась ладонями и свела бедра, как приличная девочка. И даже не потянулась к моему хрену, как сделала бы любая нормальная студентка. Пришлось класть ладонь на затылок и надевать ее открытым ртом прямо на себя. Зато уж сразу до самых яиц, одним махом.
Во, закашлялась, зашевелилась! Попкой завертела, тут-то и Эльдар взгляд скосил, не выдержал. А потом и вовсе развернулся и, закинув ногу за ногу, принялся смотреть, как Юленька елозит губами по моему стволу. Бодро елозит, мокро. Во рту у нее тепло и влажно, все пульсирует, язычок трется, пытаясь излизать вонзающийся в нее мой болт. Но не успевает, я быстрее двигаю ее головой.
– Какой интересный ракурс… – задумчиво произносит Эльдар, не отрывая взгляда от бедер Волковой. Она их расставила пошире, чтобы удержаться при моем темпе, шелковая тряпочка на ней задралась, и Муратову наверняка открывается сладчайшая картина. Интересно, потекла уже наша красавица?