Охренеть оправдание! А то, что ребёнок и волчонок размерами малость не совпадают, в её тупую голову не пришло? Только зубами скрипнул. Чего с дуры спрашивать?..

— Ты врала мне. Из-за тебя я чуть не потерял дочь.

— Михей… — подняла на меня глаза полные слёз, — прости, прошу, — прошептала. — Лоу просилась на вокзал, хотела прокатиться на паровозе. Я не знала, что так получится…

Отступив назад, внимательно посмотрел на неё. Кукла. Красивая и пустая. Мы говорили о свадьбе, обсуждали семейную жизнь. Эта сука мне ещё и условия ставила — один общий щенок и забота о моей дочери с её стороны. Фигуру многочисленными беременностями и родами Келли портить не хотела, я повёлся. В моём возрасте иметь в койке стройную ухоженную самку, не измученную выводком волчат — заманчиво. Ради этого я готов был поступиться интересами стаи. Идиот.

— Выйдешь замуж, за кого скажу, и будешь приносить по волчонку в год. Не сможешь — выпру из стаи.

— Вожак… — Келли часто задышала и шагнула ко мне. — Прошу, не надо! Не надо так со мной…

Опустилась на колени и с надеждой заглянула мне в глаза. Ей осталось только заскулить. Обычно меня заводят женщины у ног — в таких ситуациях я не теряюсь, но сегодня другой случай. Предательство и ложь не прощаю. Никому.

— У тебя больше нет права обращаться по желанию, — я отозвал дар, который могу дать любому в стае, но даю только самым близким. — Теперь время для твоего зверя — полнолуние.

Келли всхлипнула. Я вздохнул. Пустая сцена не доставила мне ничего, кроме горечи. Снова осечка. После матери Лоу у меня ни разу не ёкнуло. Много было волчиц, в основном такие, как Келли. Хотелось красавицу, беззаботную и лёгкую — полную противоположность тому, чего требовал образ жизни вожака, а заодно и отца-одиночки.

— Михей, не оставляй меня, — заскулила. — Прошу, не отменяй помолвку. Я тебе буду волчат рожать, по одному в год. Клянусь! — вцепилась мне в штанину, как в последнюю надежду.

— Осчастливишь другого волка. В ближайшие дни узнаешь имя будущего мужа. А сейчас пошла вон.

Выволок Келли из комнаты и закрыл дверь. Строит из себя невинную овечку, но на самом деле та ещё сучка. Мне ни к чему женщина, которая бездумно относится к Лоу, врёт мне, лишь бы не потерять «бонусы» и вообще… хочется, чтобы ёкнуло.

В дверь аккуратно постучали.

— Заходи, — я учуял запах Сали.

— Вожак, что с дикаркой делать? Ночь скоро.

Тонкий намёк. У парней уже яйца пухнут? Не терпится развлечься с новой игрушкой?

— Сходи за ней, приведи сюда, — я прошёлся, размышляя, как всё устроить. — Пусть займёт эту комнату.

Волчара смотрел на меня круглыми глазами, даже рот от удивления приоткрыл.

— Так это… — парень растерянно пожал плечами. — Она гостья стаи?

— Шаришь, бобик, — я подмигнул. — Но сделай так, чтобы дикарка без присмотра не оставалась. Каждый её шаг контролируй.

— Понял, — не без сожаления согласился Сали.

— Утром приведёшь ко мне.

— Понял, — продублировал с ещё большим сожалением.

Обломалось веселье у парней. Увы, мне нужнее, да и цель благороднее. Плюс мне в карму.

 Только я вышел из комнаты, решив, что день закончен и можно, наконец, расслабиться, на меня «напал» младший. Он попытался взять меня в оборот прямо в коридоре. Клещ импортный… С детства такой настырный.

— Завтра всё, — я сделал вялую попытку сбросить Марка с хвоста.

— Не терпит до завтра, — упрямо следовал за мной.

— В чём дело? — я остановился.

— Дикарка, — брат нахмурился. — Михей, ты должен разрешить ей остаться в стае.

О как… Ещё один любитель баб человеческих. Девка пользуется популярностью.

— В качестве кого? — я решил не раскрывать перед Марком карты. — Игрушкой она тут долго не протянет. Или тебе в личное пользование?

— Я бы себе её забрал, да ты рога пропишешь, — пробурчал.

— Пропишу, — кивнул. — Не принимать же дикарку в стаю.

— Я говорил с ней, Михей… — он замолчал.

Говорил или не до разговоров вам было? Мне стала дико неприятна эта беседа и мысль о том, что у моего брата не только член от дикарки дымится, но и мозг поплыл. Я по его глазам видел, что понравилась ему девка, и серьёзно. Вот только дикарка в стае будет заниматься не им, а моей девочкой. Если не выгорит, пойдёт отсюда на все четыре стороны.

— Договаривать будешь? — я терпеливо ждал, но терпение моё не безгранично.

— У этой девушки есть одна способность… Мих, давай не здесь?

Давай не здесь… Кивнул и зашагал в сторону своей комнаты. Что же там за способность у дикарки, о которой нельзя поговорить утром?

Марк ушёл, сверкая голой подкаченной задницей. Видимо, у них тут в порядке вещей разгуливать в чём мать родила — оборотни же… Поверить в реальность происходящего сложно, а не поверить невозможно. Я очень хорошо ощущала вечерний холод, и чувство голода было совсем не сказочным. Марк сказал, что всё будет хорошо, он скоро вернётся за мной.