— Явно не для того, чтобы мне стали названивать из клиник.

— Я хотела помочь.

— Да уж не сомневаюсь, — ухмыльнулся снова. — Ты поэтому слила мой телефон в базу этих мошенников?

— Зря ты так. Они предлагали бесплатное обследование. Сэкономил бы.

— Разве?

Макс был прав. Мне надоели в то время товарищи, которые обрывали телефон, предлагая якобы бесплатные услуги. На деле люди, которые велись на этот развод выходили из подобных заведений с огромными кредитами и кучей диагнозов, на которые эти кредиты и брали. Конечно, большинство из них были абсолютно здоровы и просто стали жертвами мошенничества. Забавы ради я дала им номер Фараона, очень удачно они мне позвонили именно двадцать третьего.

— Так они утверждают, — кивнула я.

— Уже не утверждают. Я их прикрыл, правда, они успели слить мой номер в общую базу, и все псевдоцентры, что мне звонили, уже закрыты, будь уверена. На этой неделе был седьмой по счету.

— Тогда я тем более сделала доброе дело. И ты, получается, смотри, какой молодец, — похвалила я ещё и Макса, приободряюще, показав жестом «класс».

— Ну это вряд ли. Те, кто хоть раз перешел мне дорогу, с тобой бы не согласились, — покачал головой Фараон. — Кстати, к одному из таких товарищей мы сейчас и отправимся. Спросишь заодно, понравилось ли Павлу доброе дело, во имя которого мои парни его отправили в овраг.

Макс широко улыбнулся, но выглядело это зловеще.

Да уж, на доброго волшебника он точно не тянул. И тем более на борца с порядком. Народу просто повезло, что у нас своеобразная война. И, возможно, этими сражениями мы спасли от кредитов сотни граждан. Радости, правда, сейчас я не испытывала.

Сжала губы, тут же вспоминая, что наши относительно «беззаботные» взаимоотношения остались далеко позади.

У Макса как раз зазвонил телефон и, поговорив, он обратился ко мне:

— Пора. Адрес этого Павла у нас есть. Ты едешь со мной.

Его насмешливый тон тут же сменился на мрачный. Я кивнула в ответ, хоть моего согласия и не требовалось, а Макс, крепко взяв меня за руку, повёл на выход. Странное предчувствие не давало покоя: казалось, всё очень плохо.

И оказалось, мне не показалось.

Голова шла кругом, а к горлу то и дело подкатывал ком, пока мы ехали по заснеженным улицам города, и чем ближе мы были к цели, тем больше я понимала, куда конкретно направляемся.

Мы остановились у старого двухэтажного здания, когда сомнения окончательно меня оставили. Макс с ухмылкой взглянул на строение, а я побледнела.

Поднимались на второй этаж по ветхим ступеням, ноги слушались с трудом, а ладони стали влажными, несмотря на холод в подъезде.

Причина была. Ещё какая. Я старалась держать себя в руках, но казалось, что ещё немного, и рухну в обморок прямо здесь. Возле массивной двери Макс остановился и взглянул на меня, видимо, обратив внимание на моё состояние.

— Что с тобой, куколка? Никогда не бывала раньше в подобных местах?

Подняла на него взгляд, ответив не пожелав.

Мне казалось, Макс уже всё знал. Прекрасно понимал, что бывала. И совсем недавно. Он лишь показывал мне то, что до меня постепенно доходило только сейчас.

Фараон принялся стучать в дверь, но никто не открывал. Я ожидала подобного исхода, поэтому просто ждала, когда он успокоится и мы, наконец, уедем. Но вдруг соседняя дверь отворилась, и вышла пожилая дама:

— Пашка что ль нужен? — недоверчиво окинула взглядом Макса и перевела взгляд на меня. Теперь она ещё и подозрительно прищурилась, сильнее запахнув свой ярко-красный махровый халат.

— Да вот, договорились о встрече, а он не открывает. Не знаете, где он может быть? Денег должен уже год, и не отдаёт, — любезно улыбнулся Макс.

У дамы тут же появился румянец на щеках, судя по всему, от его очарования.

— Так редкий гость он тут. Праздники на носу, работы, видать, навалом. Он же этот, как его, по современному-то: аниматор.

— Неужели? — явно наиграно удивился Макс. Бросил на меня взгляд, оценивая мою реакцию и снова любезно улыбнулся соседке Павла: — И давно он народ развлекает, не знаете случайно?

Женщина, казалось, только и ждала собеседников. Словно ей давно не терпелось поделиться своими выводами.

— Знаю, отчего ж не знать. Год назад лишился работы, — она перешла на шепот, — представляете, гаишником работал, место-то прибыльное, всё было у парня хорошо, но карьеру там сделать не вышло, случилось что-то у него.

— Да вы что? — снова подержал разговор Фараон. — И что же?

— Уволили. Я как увидела его у подъезда, так и ахнула. Лица на нём не было, еще и подрался. Домой пришёл под утро как-то, вместо глаз — щелки. Жуть, а не картина. Одежда разорванная, грязная. Он толком не мог сказать, что произошло, это я потом выпытала.