– Я разговариваю с мамой и мне совсем не страшно, – призналась я с ноткой вызова в голосе.

– Ну, ладно, – смутилась бабка, – через неделю съездишь. – И на мой вопрошающий взгляд пояснила: – Диана, нам необходимо собрать твои вещи, можно пока только самые необходимые, на первое время, и я отвезу тебя к тёте Наде.

В глаза мне Эльвира не смотрела. Всё же вынесли мне приговор. Сердце колотилось по рёбрам, позвоночнику и, кажется, даже в горле. Просить, чтобы меня оставили здесь, не было никакого смысла. Бабка всё видела, всё понимала, но всё равно приняла решение. Ну что ж, этого следовало ожидать. Просто я немного расслабилась, а теперь пришло время собраться и сгруппироваться.

На такси до тёткиного дома мы добрались за тридцать пять минут. Если учесть, что сегодня воскресенье, то на маршрутке, в будний день придётся ехать больше часа до центра и ещё плюс час до школы. Как же мне теперь быть – вообще, что ли, не спать? Ладно, придумаю что-нибудь, лишь бы не другая школа.

На лифте мы поднялись на двенадцатый этаж шестнадцатиэтажного дома и остановились перед красивой, бронированной дверью. Замуровались, как в бункере, значит, есть повод бояться. Дверь нам открыл Пухляк и широко улыбнулся.

– Проходите, мы вас ждём, вот тапочки, пожалуйста. – Хозяин квартиры раздал нам тапочки и проводил в просторную кухню, где за накрытым столом восседали три ледяные скульптуры. Дубль два!

Скользнув мельком по тётке, мой взгляд остановился на русоволосом парне. Это и есть тот сволочной, белобрысый Артурчик? Красивый мальчик, но неприязненный взгляд голубых, как у матери, глаз и презрительно искривлённые губы меня сразу насторожили. А что я, собственно, здесь ожидала – ковровую дорожку, фанфары и шарики?

– Чё уставилась? – подал голос высокомерный красавчик.

– Запоминаю, – невольно вырвалось у меня.

– Артур, – воскликнула бабка, – это что за поведение? Ты даже не поздоровался.

– Привет, Эльвир! – сориентировался этот придурок, продолжая пялиться на меня.

Ну, давай, смотри, козёл, тем более есть на что посмотреть.

Белобрысая, тощая пигалица с двумя жиденькими косичками запоздало выскочила из-за стола и бросилась обнимать бабку.

– Снежаночка, принцессочка моя, как же я соскучилась, моя куколка!

Куколка, блин, пуколка – моль бледная.

– Эльвира, а ты что мне принесла? – пропищала Моль.

Я закатила глаза – детский сад! Сколько, бабка сказала, лет этой принцессе Дурандот? Кажется, она на год младше меня. Да-ааа…

– Ох, прости, моя маленькая, я ничего не успела купить, но я дам тебе денежку, и ты сама купишь, что захочешь, хорошо? – бабка сюсюкала с ней, как с недоразвитой. Да она так и не разовьётся никогда.

– Ну ладно, – капризно протянула куколка.

– Дети, – прервал Пухляк сюси-пуси, – познакомьтесь, это Диана, она ваша двоюродная сестра и теперь будет жить с нами. Но об этом мы вас уже предупреждали.

– И где она будет жить – в вашей спальне или в Снежкиной? – лениво поинтересовался Артурчик.

– Пока в зале, а потом видно будет, – раздражённо ответила тётка.

– Там же у нас телевизор и компьютер, – раздался противный писк.

– Тогда поменяйся с ней местами, – заржал Артур.

– Ага, конечно, тебе хорошо, у тебя ноутбук есть. Пусть она спит в кухне, на диване, – захныкала Моль.

Эй, ау! А ничего, что я тоже здесь присутствую? Неужели нельзя было обсудить это заранее. Абсолютно идиотская ситуация, и что мне делать – продолжать и дальше прикидываться глухонемой? А может, если я уйду, они и не заметят? Я действительно повернулась к выходу и сделала пару шагов. Заметили.

– Ты куда? – в один голос спросили бабка и Пухляк. Наверное, только они меня и видят. Может, ещё слух у этой «семейки Адамс» проверить – послать их всех громко в жопу.

– А где можно руки помыть? – нашлась я.

– Пойдём, я тебе покажу, – подхватился Пухляк и повёл меня по коридору. – Ты не обращай внимания, ладно? Дети просто немного растерялись, а вообще они очень хорошие.

Даже интересно – это он о чьих хороших детях сейчас говорит?

– Ладно, – безэмоционально согласилась я.

– Дианочка, присаживайся к столу, тебе надо покушать. Ты же так ничего и не ела – запричитала Эльвира, когда мы с Пухляком вернулись в кухню.

Не говорить же при всех, что пока она умасливала полковника сегодня утром, я успела схомячить три блинчика. Конечно, они уже давно провалились и переварились, но терпеть пока можно. Обедать в этом серпентарии я точно не смогу.

– Спасибо, но я не хочу пока, – ответила, глядя в глаза Эльвире и, кажется, её мозг посетило просветление.