— Стоп, а она-то у Ковальски чего делает?

— Можешь спросить у Озза, он тебе расскажет, только сначала покажет всю свою новую коллекцию синяков. Я о другом, — Кристо с тревогой заметил, что глаза у Дары полыхают зелеными искрами, — ты что, не хочешь оказаться наконец во внешнем мире сам по себе?

Соблазн был ого-го какой, но нос Кристо быстро учуял за соблазном противостояние с руководителем звеньями. Нужно было срочно перетягивать разговор в другую сторону.

— Я просто к тому… — Дара теперь шла по коридору, а он вышагивал рядом и потирал многострадальную поясницу, — помнишь, ты меня просила тебя учить, как с людьми общаться, веселиться…

Дара издала звук согласия. Только что она подобрала посреди пола маленькую обшитую кожей фигурку, и задумчиво присматривалась к ней, наполовину отвлекшись от разговора.

— Так вот, я ж тебя учил?

— Угу.

— И получилось, что в магазины тебя водить нельзя, ты начинаешь трепаться с барахлом. С танцами не вышло, потому что музыка тебе кажется недостаточно гармоничной…

— Знаешь, если бы ты услышал внутреннюю мелодию любой, самой захудалой флейты…

— Поехали дальше. Напоить нельзя, потому что ты сразу маньячишь: чтоб еще в артефакт превратить? Фильмы для тебя «идиотизм», карусели похожи на дракси… а, да, толпу ты не любишь, это ты мне сразу в лоб заявила…

Дара резко остановилась и опустила руку с фигуркой. На Кристо уставились слегка потухшие глаза:

— То есть я безнадежна?

— Почти как я со всеми этими манерами, — и он сплюнул себе под ноги. — Так раз в жизни не неслась бы за артефактами, а пообщалась бы с новенькими. Глядишь, тебе б на пользу пошло.

— Думаешь? Мне побыть нянькой?

Кристо изо всех сил постарался соорудить выражение лица честное, без малейших проблесков страха и… нет у него никаких далеко идущих планов, откуда им там быть? Дара удивленно покосилась на его явно дегенеративную физиономию.

— Попробую, — согласилась она пренебрежительно, как всегда разговаривала, когда речь шла о живых существах. — Но все эти характеристики я читать не собираюсь!

…а и стоило бы. В этом Кристо убедился, когда они вслед за Мелитой (и Нольдиусом, куда ж без верного прилизанного паладина) направлялись к комнате, где временно помещались новички. Мелита, которой было не впервой иметь дело с новенькими, разливалась рекою, Дара слушала и хмурилась, Кристо часто сглатывал.

— Так вот, их приходится несколько дней держать всех вместе, потому что у них шок, и они кидаются даже на стены, а спонтанные выбросы какие — залюбуешься. Мне говорили, был случай, когда одна девочка с носом кнопкой снесла щит Бестии каким-то утюгом… лет десять назад.

— Двумя утюгами, — поправила Дара сухо. — И у меня нормальный нос.

Мелита ненадолго воззрилась на эту помеху в ее речи, потом тряхнула черной челкой и продолжила:

— Так вот, сами понимаете, там сироты, баловни, дети пьяниц и просто природные артемаги — хватает всего. Их вдруг забирают в Одонар, о котором они не слышали, а если слышали, то… ну, знаете ли, не самое лучшее — деревенские сплетники чего только о нас не понаврут! Атмосфера тут… сами понимаете, одного Караула хватает, да еще…

Где-то поблизости послышалось стариковское дребезжащее пение про великую Сечу Альтау.

— Да вот, Вонда хотя бы… В общем, они такого могут не пережить. Если сразу их ввести в Одонар — бывали случаи, когда магия перенаправлялась от шока внутрь и убивала детей…

— То есть держать четырнадцать новичков разных возрастов, происхождения и уровня силы в одной комнате, под охраной — умнее? — недоверчиво справилась Дара.

— Вообще-то, обычно их меньше. Но сейчас просто какой-то урожай! Слышала об этих смертях в деревнях? Конечно, слышала. Вот, сироты остаются, а еще есть мачехи, нежить (почти одно и то же), разборки между деревнями, ну, и прочее. Привет, Коготок. Давно тут стоишь?

Тощий и нескладный артемаг из снабженцев закатил глаза в потолок, простонал что-то вроде «О, слава Витязю!» и испарился из коридора в направлении ближайшей уборной. Мелита вынула из кармана кусок ивовой коры, свернутый в небольшую воронку. Слухач, — определил Кристо намётанным взглядом. Простейший.

— Может быть, они сидят там сейчас, напуганные, и тихонько ждут судьбы? — жалостливо прошептала Мелита, прижимая «третье ухо» к двери.

Первый же возглас опроверг ее опасения…

— Да не, ты делаешь подсечку, а я бью!

…но легче никому не стало.

Посыпались другие голоса.

— Да, а как же волки… тот дядька, меня который притащил, он сказал, если сбегу… волки поедят!

— Ну, и сиди, хлюпай! Э-э, Тис, дай стул!

— У-у, тяжелый…

— Ничего, прорвемся!

— Так в лес или нет?

— А если они колданут на нас? Своими штуками?

— А я тоже так умею!

— Чего ты за косы дергаешь, я тебе дерну!

Что-то грохнуло — кажись, мебель. Кто-то изнутри откомментировал это так: «А энтим осколком хорошо в брюхо зарядить кому-нить». Теперь сглотнули уже и Нольдиус с Дарой.