— Гарпия.

— Гарпия-Но гарпии другие и только женщины. — Удивлению Лиз не было предела. Пусть девушка и не являлась фанаткой фэнтези, но мифических существ худо-бедно знала.

Мужчина споткнулся на ровном месте и, остановившись, медленно обернулся к девушке.

— Интересно знать с чего такие выводы-глаза за маской прищурились, губы поджались.

— На картинках, что видела, в основном, всегда женщины изображены. — Немного смутившись, Лизавета пожала плечами, отводя взгляд в сторону.

— Художники и не то еще нарисуют. — Нирлин развернулся и вновь возобновил путь, потеряв всякий интерес к разговору.

— Наверное. — Девушка не стала сознаваться, что разговор шел о Земных гарпиях, а здешние, хоть и имеют схожее название, но в корне отличаются.

***

На ночевку остановились среди широких деревьев и тихо журчащим тонким ручейком, прятавшимся в изумрудной траве. Удивительно, но за весь оставшийся день больше на них никто не пытался напасть и загрызть. И Лиз, наверное, как и Нирлин, наслаждалась тишиной и покоем.

Поужинав жареным кроликом, которого гарпия подстрелил мимоходом, Ситар с наслаждением вытянула гудящие ноги.

— Сегодня будешь спать на дереве. — Мягкий бархат голоса разорвал сгустившиеся сумерки и вплелся в потрескивание пожираемых огнем сучьев.

— В смысле-Встрепенулась девушка.

— В прямом, — коротко пояснил Нирлин, кидая косточки в огонь.

— Я не птица и свалюсь с ветки точно, — негромко возмутилась Лиз, скрещивая руки на груди.

— Не свалишься. Сегодня ночью я желаю выспаться, а не драться с кем попало.

— Может, ты и не свалишься, а я… — попыталась было возразить Лиз, но была перебита убийственной фразой.

— У меня есть веревка. Очень крепкая.

От такого заявления Ситар раскрыла рот, округлив глаза.

— Что ты задумал-с опаской поинтересовалась девушка.

— Привязать тебя конечно, — обыденно произнес Нирлин, поднимаясь с корточек и с тихим шелестом расправляя крылья, а спустя минуту так же тихо складывая их обратно.

— Да ни за что! — воскликнула девушка, вскакивая на ноги, с вызовом упирая руки в бока.

— Тогда спи на земле. Одна. — Гарпия связал между собой мешки и, взмахнув крыльями, поднялся на широкую и плоскую ветку дерева гиги. Нирлин кое-что рассказал Лиз об этих деревьях, когда девушка, увидев их впервые, удивленно моргала, рассматривая странные стволы с белой корой и красными прожилками в ней, игольчатыми пушистыми листьями и широкими плоскими ветками.

— Я плачу тебе, не забывай. — Ситар вздернула подбородок и переступила с ноги на ногу, поджимая озябшие пальцы.

— Не увидел еще ни одной монетки, — откликнулся Нирлин сверху, устраиваясь на облюбованной ветке.

— Во всяком случае, неужели думаешь, дерево нас спасет-Лиз с опаской огляделась: сгустившаяся темнота за кругом света от костра пугала и заставляла мозг молниеносно выдавать страшные картинки.

— В этой части леса кируканов нет, а остальные, насколько мне известно, по деревьям лазить не умеют. — Мужчина зевнул и завернулся в крылья, как в пуховое одеяло.

Он и правда собирается спать там, а ее бросит внизу на растерзанье лесным хищникам-Ситар обхватила себя руками и убитым голосом поинтересовалась:

— Кто такие кируканы?

— Те, у которых ты «гостила».

Вздохнув, девушка приблизилась к дереву и, изобразив покладистость, примирительно проговорила:

— Хорошо. Я согласна спать на дереве.

Мужчину долго уговаривать не пришлось. В мгновенье ока он оказался на земле и, обхватив Лиз за талию, прижал к себе. Обоняние Ситар уловило тонкий аромат хвои, морского бриза и запах костра. Когда Нирлин впервые ее поднял на дерево, тогда девушка не обратила на это внимания, так как из-за наступающих на них монстров сделать это просто было некогда.

Не успела Лизавета опомниться, как уже сидела на плоской ветви. Она тихо вздохнула, запах краснокрылого ей понравился, и девушка была бы не прочь еще раз его понюхать.

— Иди сюда, — Нирлин уже выуживал из мешка тонкую, синюю веревку.

И Ситар, подчиняясь приказу, поползла к краснокрылому. Пусть ветка и была широкой, и по ней можно было гулять как по тротуару, выпрямиться и пойти она не решилась. Нирлин быстро привязал ее к стволу гиги, не сильно крепко, но и не слабо. Лечь Лизавета, конечно, не могла, но полулежать вполне было удобно: Нирлин пожертвовал сумку, подсунув Ситар под поясницу. От проявленной заботы, девушка на некоторое время перестала дышать и позабыла о его вредности.