Мысли снова свернули к черноволосой девице, час назад дрожавшей от страха в этой комнате. Что-то было в ней такое, что цепляло и притягивало, оборотню бы хотелось увидеть гордячку у своих ног, умаляющую о ласке. Будь она поприветливее и посговорчивей… А впрочем, она враг и дочь врага. И годится только для одной цели — родить сильного воина. А дальнейшая её судьба пусть заботит Ясмину.

— Хозяин, вера Асейя ждёт вас в малой гостиной! — прервала его думы вошедшая Боана.

Рэв хмуро кивнул и, вскочив на ноги, быстрым шагом направился на встречу со своей женщиной.

Как только Рэв вошёл в круглую комнату, он увидел свою волчицу. Асейя, тряхнув рыжими локонами, поднялась с подушек и томно направилась к нему. На его женщине было надето облегающее домашнее платье с глубоким вырезом и росписью на широких рукавах. Такое она носила только по особым случаям.

Ведь знала, что он любит её такой: прирученной и в то же время раскованной. Горевших на низком столике свечей было недостаточно, чтобы рассмотреть выражение лица его постоянной женщины. В воздухе витал лёгкий аромат осенних яблок.

Рэв прикидывал: Асейя вполне могла злиться, что любовник надолго отодвинул её на задний план, полностью отдавшись работе. А могла и забеспокоиться. В зависимости от её настроения, вечер будет томным и приятным или испорченным скандалом.

— Рэв, любимый! — и волчица обвила тонкими руками его шею. Глаза поблёскивали жёлтым огнём, значит, она испытывала сильные эмоции. Вот только, какие?

— Я рад видеть тебя, — коротко сказал Рэв, наблюдая за её реакцией.

— Я уже боялась, что не позовёшь.

— Не придумывай! От тебя не пахнет страхом.

Асейя улыбнулась и потёрлась носом о его щёку:

— А чем от меня пахнет? — проворковала она и, отстранившись, принялась медленно развязывать пояс. Платье слетело с худых плеч и обнажило смуглое тело. Свечи в высоких канделябрах бросали на её кожу отсвет, делая Асейю почти богиней Луперкалией из древних сказаний, которая возлегла с Фенриром и подарила ему крепких и здоровых близнецов.

Рэв ощутил непреодолимое желание овладеть этой женщиной, утвердить над ней свою власть, словно всё, что сейчас произойдёт было для них впервые. Он в два счёта оказался рядом, сгребая смеющуюся Асейю в свои объятия. Её длинная шея так и манила оставить на ней следы.

Время остановилось, замерло, будто комната, устланная шкурами зверей, сталла центром Мира, местом для соития. Воздух сгустился, нюх Рэва обострился в несколько раз. Мужчина видел перед собой только её — свою волчицу — раскинувшуюся на полу с призывно разведёнными ногами.

Оборотни не склонны к нежностям во время секса, к долгим прелюдиям и ласковым перешёптываниям. Рэв перестал себя сдерживать и, проведя рукой по влажной промежности своей женщины, подтянул её за бёдра к себе. Краткий стон окончательно затмил ему разум, пробудив звериную часть натуры.

Он вошёл резко, намеренно причиняя страдания извивающейся под ним рыжеволосой бестии. Её взгляд был замутнён вожделением и минутной болью, переходящей в удовольствие.

— Чёртов ублюдок! — простонала женщина, закусив губу так, что на ней выступили капли крови. Это только распаляло Рэва, как и её призывные подмахивания бёдрами в бешеной скачке страсти.

— Соскучилась по траху? — проговорил он, наклонившись и впившись губами в шею. Асейя застонала и крепче прижалась к нему. Член скользил внутри её, влагалище хлюпало и сжималось, приближая разрядку. Волчица уже металась, забыв правила игры и полностью отдавшись инстинкту, требующему завершения акта излитием семени в готовое понести чрево.

Рэв тоже чувствовал близость разрядки, но прежде хотел насладиться своей властью над женской природой. Он чуть замедлил темп и заглянул Асейе в лицо, ожидая увидеть в её глазах нетерпение и мольбу о продолжении.

Но вместо рыжеволосой и скуластой девы-волчицы на него смотрела черноволосая служанка с певучим именем. Её затуманенные страстью чёрные, как бездна Нижнего мира, глаза блестели колдовским огнём. Густые волосы разметались змеями, словно охраняющими хозяйку во время ритуала, тело слепило белизной, хоть и было горячо, как кипящее озеро высоко в горах.

Рэв опешил и хотел отстраниться, но девушка обхватила его ногами и не пускала, одновременно наращивая темп так, что он потерял контроль и принялся долбить её с новой, неизведанной ранее силой.

— Будь ты проклята, ведьма! — прорычал он, изливаясь в тугое лоно, а в ответ услышал только ехидный грудной смех.

— Ты принадлежишь только мне, — прошептала черноволосая ему в ухо за секунду до того, как он отключился.

Сознание вернулось мгновенно, так, словно Рэв вынырнул из толщи чёрной воды, не дающей вздохнуть и осознать себя живым. Сначала вернулись запахи: гари, воска, женского пота и соития. Вокруг было тихо, но обмануть оборотня сложно: он слышал лёгкое дыхание рядом. Женщина пребывала в глубоком сне.