— Просто целуюсь с хорошенькой девушкой, которая заслуживает того, чтобы её поцеловали.

Руки Адама сжимаются в кулаки. Я пристально смотрю на него, волнуясь и гадая, что же он будет делать. Он ведь не станет бить Зейна, правда? Вена на шее директора пульсирует, но он не двигается. Я испустила крошечный вздох облегчения.

— Ты не в своей старой школе, Элма. Ты не должна делать… — его напряжённый взгляд скользит по моему наряду, задерживаясь на моих сиськах. — Это.

— Что? — я прикусываю нижнюю губу и нервно дёргаю за оборванный шнурок на свитере.

— Зейн, на выход. Я хочу, чтобы ты пошёл к мисс Боуден и сказал ей, что я велел найти тебе подходящее наказание. Делай, как она говорит. Я больше не хочу видеть твои трюки. — Он пронзает Зейна тяжёлым взглядом. — Всё понятно?

Брови Зейна приподнимаются, как будто он удивлён, что его больше не наказывают. Прежде чем покинуть офис он быстро подмигивает мне, что заставляет Адама зарычать. Как только приятель уходит, Адам подходит к двери и поворачивает замок.

— Ты, — бормочет он.

— Что насчёт меня? — дерзаю я с фальшивой бравадой.

— Целоваться с ним недопустимо. — Он бросает мне вызов жарким взглядом.

— Почему?

— Потому что я, блядь, так сказал, — огрызается Адам.

Я выгибаю бровь, глядя на него.

— Потому что это противоречит школьной политике?

Он подходит ко мне, вторгаясь в моё личное пространство. Сегодня он пахнет пряно и мужественно. Это делает сумасшедшие вещи с моими гормонами. Это напоминает мне ту ночь, когда он держал меня, и мы оба кончили, занимаясь петтингом.

— Потому что мне это не нравится. — Он поднимает руку и убирает прядь тёмных волос с моего лица. Его черты лица слегка смягчились.

— Это неубедительная причина.

— Тем не менее, лучше бы это больше не повторялось.

Я насмехаюсь над ним.

— А если это произойдёт?

— Этого не будет.

— Как ты можешь быть так уверен?

Жёсткий нефритово-зелёный взгляд пронзает меня насквозь.

— Потому что я позабочусь о том, чтобы ты вспоминала о своём наказании каждый раз, когда даже подумаешь о том, чтобы поцеловать его.

— Наказание?

Он хватает меня за плечи и поворачивает спиной к себе. Его ладонь скользит вниз по моей спине и ложится на ягодицу.

— Я собираюсь выпороть тебя так, как давно должен был сделать твой отец.

Я задыхаюсь и издаю испуганный звук.

— Что ты сделаешь?

Он сжимает мою попку, и мои трусики быстро становятся влажными.

— Именно то, что я сказал.

— Будет больно?

Губы Адама находят мою шею, и он прижимается поцелуем к моей коже.

— Надеюсь, что будет.

Дрожь проходит сквозь меня.

— А что, если я этого не хочу?

Он тяжело вздыхает.

— Тогда ты должна сказать мне об этом прямо сейчас, Элма. Прямо сейчас, блядь. Я еле сдерживаюсь, а ты уже подтолкнула меня краю. Я взрослый мужчина. Я слишком стар, чтобы играть в детские игры. Если ты просто собираешься дразнить меня и не хочешь доводить дело до конца, то можешь пойти и принять своё наказание от мисс Боуден. — Его губы снова целуют мою шею. — Но если ты готова нырнуть вместе со мной, то примешь своё наказание от меня.

— Я… — я так ошеломлена его внезапным перепадом настроения, что не могу вымолвить ни слова.

— Я позабочусь о тебе. Ты можешь довериться, детка.

Детка.

Я таю в его объятиях, отчаянно нуждаясь в его прикосновениях.

— Я была плохой, директор Реннер.

Из него вырывается рычание.

— Очень плохой.

Адам отпускает меня, подходит к своему стулу и садится. Сегодня он также сексуален, как и всегда, в чёрных брюках и накрахмаленной белой рубашке на пуговицах. Его галстук аккуратно завязан на шее. Я хочу потянуть за него и освободить мужчину из его оков. Я хочу рвать пуговицы на рубашке Адама и исследовать твёрдые линии его груди, которые я чувствовала раньше. На этот раз я бы с удовольствием провела по ним языком.

— Подойди, — приказывает он и похлопывает себя по коленям.

Мои глаза прикованы к тому, как его член натягивает брюки. Член, о который я тёрлась раньше и довела себя до оргазма. Когда-нибудь, я надеюсь, что этот самый член будет внутри меня, растягивая и владея мной.

Я медленно подхожу к Адаму. Наши глаза встречаются, в них горит желание. Это побуждает меня продолжать двигаться вперёд. Когда я подхожу, встав между его разведённых ног, я тяжело выдыхаю.

— То, что ты была плохой девочкой, делает тебя мокрой? — Его голос глубокий и хриплый, властность сочится из каждого его слова.