АлиСанна смирилась с тем, что Ника Сметанина медали не получит, а Алиса Никоненко, скорее всего, очень даже да. И жизнь покатилась дальше.

– За эту неделю нужно собрать сведения, какие устные экзамены собираются сдавать дети, - объявила на очередной оперативке Елена Дмитриевна.

– И девятые классы, и одиннадцатый?

– Да. Все.

– Хорошо, сделаем, - кивнула АлиСанна и сделала в «склерознике» пометку. Без записей она была уже не в состоянии удержать ту лавину информации, которая обрушивалась на неё со всех сторон каждый день.

– Тогда в пятницу подайте мне списки.

– Хорошо, сделаем.

– Не забудьте, что устных экзаменов три.

– Это мы помним.

– И пора уже готовить тетради и ручки-карандаши-ластики-линейки для экзаменов.

– Уже сделали. Проштампуем позже.

– И вот, - Елена Дмитриевна принялась раздавать листы, - нормативные документы по экзаменам. Ознакомьте с ними всех родителей на собрании.

– Обязательно.

– Тогда всё, - облегчённо выдохнула завуч.

Учителя начали вставать, загремели стульями, стали переговариваться.

– Ну, всё, вроде, слава Богу, - жизнерадостно произнёс учитель алгебры и геометрии Эдвард Мгерович, - выходим на финишную прямую.

– Вашими бы устами да мёд пить, - неодобрительно покачала головой «англичанка» Эмма Ричардовна. – Вы ведь, кажется, недавно в школе?

– Да. Я вообще-то инженер.

– Ну, тогда, конечно. Откуда вам знать, что в школе в любой момент может что угодно случиться.

– Так это везде так, Эмма Ричардовна, - заступилась за математика АлиСанна.

– Алисочка, - засмеялась та низким грудным смехом, - ну ты же в школе чуть ли не с рождения и лучше многих знаешь, что у нас что ни день, то понос, то золотуха.

– Зачем же так натуралистично? – смутилась учитель биологии.

– Зато правда, - снова хохотнула Эмма Ричардовна и выплыла из кабинета.

– Сразу стало больше места, - шепнул АлиСанне Эвард Мгерович, намекая на немаленькие габариты «англичанки», и сам же себя отругал:

– Злой я стал. Это от усталости. Но всё равно стыдно.

– Да ладно, Эдвард Мгерович, - утешила его АлиСанна, - все знают, что вы у нас добрейшей души человек. А ещё вы и вправду устали.

Списки АлиСанна сдала, как и обещала, в пятницу. А через несколько дней её вызвала к себе Елена Дмитриевна и огорошила:

– Алиса Александровна, информация, в первую очередь, для вас. Передайте одиннадцатому «А», что информатику, биологию, экологию и ОБЖ сдавать нельзя.

– Почему? – поразилась АлиСанна.

– Лидия Васильевна уезжает в санаторий. Вы знаете, она у нас заслуженный учитель, отказать ей мы не можем.

– Так, ладно. С биологией и экологией понятно. А информатика и ОБЖ?

– Учитель ОБЖ давно уже ждёт плановой операции, и ему предварительно назначили её на июнь.

– А информатика?

– Информатику нельзя сдавать, если дети учатся в школе меньше двух лет.

– Что за бред?! – не выдержала и взвилась АлиСанна. – Впервые об этом слышу! И почему вы мне этого всего раньше не сказали, когда я только собиралась списки делать?

– Это не я придумала. Про информатику только вчера пришло распоряжение.

– Про биологию, экологию и ОБЖ вы тоже только вчера узнали?

– Двумя днями раньше. Неужели я бы вас не предупредила, если бы сама была в курсе?

АлиСанна посмотрела в усталое лицо завуча и устыдилась:

– Извините, Елена Дмитриевна. Я всё переделаю.

– И вы меня извините, Алиса Александровна.

Они улыбнулись друг другу, и АлиСанна помчалась на урок: уже прозвенел звонок.

А на следующей перемене к ней ворвались её изумлённые и негодующие «старшенькие».

– Алиса Александровна! Что происходит?! Нам сказали, что мы должны выбрать другие предметы!

– Да, я в курсе. – АлиСанна устало оторвалась от журнала, в который проставляла оценки и подпёрла подбородок рукой. – Ребят, мы можем, конечно, повопить, пообижаться, поскандалить. Но вариантов всё равно нет. Посмотрите, что ещё вы можете сдать.

– Да ничего мы больше не можем! – расстроенно протянул Серёжка Лебедев. – Каждый выбрал по два предмета, которые ему в институте сдавать. А третьим брали самые лёгкие, чтобы не особо напрягаться.

– Вашу систему я знаю, - улыбнулась АлиСанна.

– Так вот, самые лёгкие закончились.

– Давайте думать, что мы можем сделать.

– Давайте, - проворчали дети и плюхнулись за парты. За то время, что прошло с начала года, они привыкли полагаться на своего классного руководителя.