– Любопытное у тебя бельишко, Хэнсон.

Козел!

– Люблю оранжевый цвет, - повернул он голову на звук моих шагов.

– Купи себе такое же и наслаждайся, - скрестила руки на груди, не собираясь так просто сдаваться. Макклин откинул голову на спинку дивана и расхохотался.

И игнорировать Макклина почему-то совершенно не получалось. Он очень странно смотрелся в моей небольшой гостиной. Конард как-то вдруг разом сожрал все пространство. Вообще все. Он был здесь неуместен. Наверное, так же неуместен, как оперная певица в его «Берлоге».

– Заканчивай ржать, - с неимоверным трудом я умудрилась собрать собственные мозги в кучу. – И рассказывай, что случилось с Сэм.

Улыбка моментально исчезла, лицо мужчины стало серьезным и сосредоточенным, каким-то хищным, диким. Он хрустнул костяшками тонких пальцев. Такого Конарда вполне можно было испугаться, такого Конарда надо было испугаться. Но мне отчего-то страшно не было.

– Сэм не просто так отравилась. Ее заставили принять отраву, - глухо проговорил волк, явно сдерживая злость. – Она видела того, кто это сделал. Но… Ее трясет, буквально колотит, когда я пытаюсь выяснить хоть что-то. Саманта очень сильно напугана, и я хочу, чтобы ты помогла ей справиться со страхом.

молчание слишком затянулось.

– Кристин, маленькая, что не так?

– У меня может не получиться, - медленно, нехотя призналась. – Я гарантию дать могу только если работаю с членом своей стаи, с кем-то… на кого хорошо «настроена», понимаешь?

– Со мной вчера у тебя получилось, - поднялся с дивана Макклин.

– Я тебя знаю с детства и …

– Ты отказываешься? – перебил Конард, хмурясь. В глубине его глаз, на самом дне, под чудовищных размеров злостью, я видела тревогу. Ощущала ее. Макклин невероятно сильно переживал за Саманту.

– Нет, - качнула головой, засовывая в карман мобильник, делая шаг к нему, к выходу, - просто предупреждаю. Поехали. 

– Спасибо, маленькая.

– Пока не за что, - качнула головой, гадая, насколько все действительно плохо с Самантой и что ждет меня после того, как я утяну в себя ее страх.

Небольшой, аккуратный дом, белый штакетник, почтовый ящик с улыбающейся мордой Твити – дом таинственной Алисии казался бы очень милым, если бы не слишком большое количество волков вокруг него. Городских волков. Трое – на крыльце, двое – в машине у калитки, и неизвестно сколько внутри.

Я достала мобильник.

– Пишешь альфе? – повернул ко мне голову Макклин, глуша мотор.

– Ему и Марку. Они должны знать, что уехала я с тобой.

– Умная девочка, - улыбнулся Конард. Я лишь пожала плечами. Ну не надеялся же Конард в самом деле, что я вот так просто уеду с ним из стаи, никому ничего не сказав. Хотя судя по его поведению – не надеялся. Умный мужик, опасный волк. Куда я лезу…

А через несколько минут я уже заходила в тот самый дом. Заходила с некоторой опаской, притупившийся нюх – сущее дерьмо. Ничего невозможно понять, словно зрение потерять, словно все черно-белое. 

На пороге нас встречала девушка, и она была…

– Человек?! – удивленно вздернула вверх брови, рассматривая незнакомку. Невысокая блондинка, скорее аппетитная, чем полненькая, хорошенькая и очень уставшая. Простые шорты и майка с надписью “Viva Barcelona”, растрепавшийся хвост, серьезный взгляд карих глаз.

– Я – Алисия, - протянула девушка мне руку. – Рада, что вы наконец-то добрались, правда Сэм только-только уснула.

– Кристин, - сжала я ладонь, а сама все пыталась справиться с удивлением. – Ничего страшного, возможно, нам даже не придется ее будить.

Люди, знающие об оборотнях, встречались не так уж и редко, правда… встречались все больше не у нас. А вот люди не только знающие, но и помогающие оборотням точно в этих местах не водились.

– Алисия – врач общей практики, - прошептал на ухо Конард, подталкивая в спину. – Обычный врач общей практики.

– Ага, - кивнула девушка, махнув рукой, чтобы мы следовали за ней, - благодаря тебе, Макклин, еще и собачий доктор.

С дивана у окна послышалось глухое рычание – еще один городской волк.

– Заткнись, Рой, задолбал уже, - беззлобно отозвалась девушка, невозмутимо продолжая подниматься по ступенькам. Действительно беззлобно, больше устало. И на удивление Рой захлопнул пасть.

Внутри дом оказался таким же светлым, как и снаружи, вот только менее просторным. Волки любят открытые, большие пространства, люди же, как правило, стараются забить все какими-то мелочами, хламом, все заставить. Я никогда не понимала этой тяги к безделушкам. Словно фигурка Эйфелевой башни способна заменить Парижское утро на Марсовом поле. Будто брелок на ключах способен оживить мертвые воспоминания. Какая чертовски восхитительная, наглая ложь.