Главное, чтобы женщины, находящиеся в зоне охвата вашего детского центра, потеряли страх перед выращиванием детей. Надо, чтобы они почувствовали, что есть люди, которые с умом, любовью и профессионализмом занимаются их чадами и у них неизменно получается красивый результат, которым любой родитель может гордиться. Если вы будете успешны, то, вне всякого сомнения, женщины проголосуют за ваш центр частыми родами, они вернут те времена, когда в любой русской семье было больше пяти детей. Таким образом, показателем вашего успеха будет среднее количество детей на одну семью. Дети нужны родителям, дети нужны школам, дети нужны нашим производствам, дети нужны нашему государству. Именно люди являются основой нашего государства, они должны остаться доминантой в нашей стране, и в этом деле вас не может заменить никто, ни педагоги, ни государство. Вы должны стать главным фактором, формирующим желание рожать. И вы им станете, потому что умеете и хотите!!! Удачи вам! Мы с вами будем собираться каждый месяц и учиться на успехах и неудачах каждого из вас.

Зал сидел притихшим, задумавшимся. Все они знали то, что сказала Нонна Николаевна, но вот так концентрированно и акцентированно оно прозвучало впервые. Получилось столь весомо, что слегка придавило ответственностью.

— Минутку, я забыла высказать одну умную мысль! — вскинулась Нонна Николаевна. — Кроме того, что вы будете создавать желание рожать, вы еще и научите всех, вы слышите, всех женщин растить здоровых и умных детей, ибо все школьницы пройдут через роддом, ясли и детский садик.

Такой пассаж не мог не вызвать смеха в зале. Обстановка заметно смягчилась, и Иванов выходил к трибуне улыбаясь:

— Нонна Николаевна сказала все, под чем я хочу подписаться. Ни добавить, ни убавить! А я, например, очень хочу увидеть то, как наша страна будет выглядеть через десять лет. Я думаю, что наши школы и детские центры к тому времени заполнят всю ленинградскую область и значительный кусок Ленинграда, но главное не это. Главное то, что не останется ни одного выпускника без высшего образования. Вы только представьте себе, не останется людей без высшего образования, а в каждой семье по пять детишек, а Нонна Николаевна — академик, а кто-то из вас — Министр просвещения, и всем вам при встрече люди кланяются в пояс.

— А кто же будет делать металлочерепицу? — кто-то весело выкрикнул из зала.

— У вас мозги будут развиты высшим образованием — придумаете! — в унисон ответил Иванов. — Давайте сделаем эту сказку былью! И это будет социализм в первом приближении!

Зал грохнул и не хотел смолкать минут пять-десять.

— Так нечестно! Игорь Петрович украл мою мечту и дал ей свое имя, — начал свое выступление Никитин. — Я мечтаю, чтобы все семьи были многодетными, а все детишки- умными и здоровыми, и чтобы хоть кто-нибудь из них переплюнул по интеллекту нашего Игоря. Теперь это будет моей мечтой — хочу растить гениев.

Мне стало немного стыдно, потому что никто из сидящих в этом зале не знал, какую фору дал мне Господь и насколько нечестно сравнивать возможности мои и любых других детей.

— Моя речь будет самой короткой. Друзья! Вы уже начали — и вперед, к победам!!!

История повторяется. Петр Сергеевич стоял в своем кабинете в штабе и, сложив руки на плечах, смотрел на бумаги, разложенные на столе. Единственное отличие от предыдущего раза состояло в том, что бумаг сейчас больше и цифры получаются больше несравнимо. Петр Сергеевич приступил к анализу результатов выставки в Дюссельдорфе. Впечатляло, как-никак пятикратный рост, по сравнению с выставкой в Хельсинки.

В этот раз решили не мудрствовать лукаво и оформили экспозицию практически так же, как раньше, но вместо разреза дома получился разрез участка с домом. Так получилось, потому что решили добавить новые товары. Удивительно, но и раньше советская промышленность производила черный прокат и трубы, их покупали, но по цене металла, прессовали в чушки и отправляли к себе, однако стоило их шлифануть и покрасить порошком, что-то отникелировать и выставить на выставке, — буржуи начали драки, причем по вполне приличным ценам. Ну, мы им дадим… Это мы можем и много.

Кутепов улыбался, ему очень, до чертиков, понравилось участвовать в выставках. В этот раз он справился без Игоря, хотя и было тяжело.

Террасную доску и термобрус разобрали на год вперед, но насыщения не чувствуется. Из такой доски сделали образцы окон и выставили их в разделе фэшн, тьфу, чертово словечко, но его все понимают. Цену задрали, по совету Игоря, в три раза, а можно было в четыре. Все образцы разобрали на тестирование. Надо готовиться к буму, пока они свое производство не откроют, скупая наш же брус. Уж больно большая разница по цене. Ничего, особо ретивых пластиком убьем. — Проснулось озорство в мыслях, и Петру Сергеевичу не хотелось его глушить.

На ура убежали сетка рабица и залежалая на армейских складах колючая проволока. Пусть не так, как крашеный и никелированный прокат, но все, что было под рукой, продали. А вот кованые оградки и полноценные решетки можно продавать по эскизам в каталоге выгонными партиями. Цены — смотреть неудобно. Пусть раскошеливаются!

Но самое удивительное, как продавалась мебель. Стиль "Северный минимализм", как назвал его Игорь, на вкус Кутепова, так просто "Стиль Баня". На выставке выставили кухню в полном комплекте, гостиную, спальню и сауну. Много рисунков в каталоге и… мебельных щитов, которые наделал Игорь в нашем СЭЗ. Мебельные щиты продали все, что были. Заказов много, но не так, как на брус, например. Игорь предложил пробежаться по мебельным выставкам, их много. А пока дизайнеров и столяров посадить за изготовление образцов. Все-таки "минимализм" — хорошее слово, советское такое, наше все! Пока!