Я сорвался с места, и побежал вниз, где сидел гость. Обходя всякие приличия, лишь один вопрос сорвался с моих губ.

— Вы знаете, где моя жена Элизабет? — незнакомец улыбнулся.

— Да! Здравствуйте! С ней всё хорошо. Девушка просила передать вам письмо, и сказала, чтобы вы не переживали за неё.

Я взял письмо Бет из рук мужчины. Волна лёгкости пробежала по душе. Но, почему же, моя жена сама не приехала? Поспешно раскрыв письмо, и, присев на диван, строки пробежали перед глазами. Она писала, что всё хорошо, а, догадавшись, почему Бета не приехала, я ощутил, как гора свалилась с плеч. Моя любимая боялась Марка. Но не сказала в письме ничего об этом. Догадка пришла сама.

— Вы отвезёте меня к ней? — мужчина растерялся.

— Простите, мне девушка ничего не говорила об этом. Только, чтобы вы прислали ответ вместе со мной.

— Да, какой ответ!? Я сам приеду заберу её! Элизабет — моя жена!

— О! Я, конечно, не знаю, стоит ли…

— Забудьте об этом! Просто отвезите меня к ней!

— Конечно, как скажете. Только, можно вас попросить кое о чём?

— Просите, разумеется!

— Я ехал половину дня, и изрядно утомился, мы можем отдохнуть часок, перед обратной дорогой?

— Прошу прощения, что не подумал об этом. Да, отдохните. Перекусить не желаете?

— Я бы не отказался, сэр!

— Почему вы зовёте меня «сэр»?.. Извините, новость о письме заставила меня забыть о приличиях.

— Ничего страшного. Понимаю. Я слуга Маргарет Хьюмен — тёти Элизабет Холтон. Меня зовут Бенджамин.

— Приятно познакомиться. Я Крис. Только имя моей жены уже Элизабет Каллин!

— Я не знал об этом.

— Пустое. Отдыхайте, и мы отправимся в путь.

Когда Бенджамин поел и чуть передохнул, мы отъехали от поселения. Я хотел сам вести машину, но чувствовал, что большая радость, ударившая в голову от хороших новостей, тормозит моё мышление. Беатриса заваривала свежую траву, но впопыхах, она осталась дома. Очень быстро, пришлось об этом пожалеть. Видимо, Анна не жалела сил, чтобы расколоть мне череп. Ранение, оказалось достаточно серьёзным, но я никуда не обращался за помощью. Да, и время не то.

Бенджамин не расспрашивал о моей ране, но иногда с опаской посматривал на повязку.

— Это меня ранили у нас лесу. Пустяки.

— Извините, просто такое трудно не заметить.

— Бенджамин, как там Элизабет?

— С ней всё хорошо. Девушка, правда, чувствует вялость, но я думаю, что это из-за долгой дороги. Хотя, миссис Каллин и её дочь, уже гостят у нас несколько дней.

— Ей нездоровится?

— Я бы не сказал так. Скорей всего переменчивая погода. Или, переживания.

— Переживания? — Бет, скорей всего не рассказывала тёте, а тем более её слуге о том, почему они навестили Хьюменов так неожиданно. Бенджамин не мог этого знать.

— Да, сэр. Она сильно переживает, что не смогла сразу вас оповестить о месте своего пребывания. — а, так вот о чём он. Значит, моя Бета не сердилась за случай с Бертой.

— Ничего, мы скоро удивим её. — от этой мысли, на моём лице заиграла улыбка.

Наконец я увижу свою любимую жену.

За окном заметно вечерело, и сумерки опускались на землю.

— Нам ехать далеко?

— Нет, поместье Маргарет Хьюмен находиться недалеко. Я к вам добирался чуть больше половины дня, с учётом того, что не сразу нашёл дорогу.

— Это же совсем близко! Я никогда не слышал о том, что у Бет неподалёку живёт тётя.

— Она и сама не знала. Это её мама Миранда привезла к нам.

— Понятно. Оказывается, я совсем не знаю всех родственников жены.

Бенджамин улыбнулся. Возрастом, слуга был чуть меньше среднего. Возможно, лет тридцать пять. Но, определить, сколько ему лет на самом деле, давалось трудно. Лицо мужчины было гладким, почти без морщинок, а когда он улыбался, то и вовсе казался юным. Внешность Бенджамина притягивала, и, наверняка, он пользовался популярностью у женщин. Я знал такой тип мужчин, которые моложаво выглядят, нравятся девушкам, но при этом, являются однолюбами, и всю свою жизнь посвящают одной.

Я много раз замечал, что притягиваю женщин. Но никогда этим не пользовался. Моя романтическая натура, мешала поначалу жить, но, когда я встретил Элизабет, то понял, что вся моя романтика и любовь, хранились только для неё одной. Я тоже был однолюбом.

Мне не хотелось видеть рядом с собой ещё какую-то женщину. Даже в помыслах не всплывало, что Бет может заменить какая-то другая. Такой другой точно не будет. В этом я уверен.

Облегчение от того, что письмо, вероятно уже доставлено, полилось на сердце бальзамом. Крис не должен теперь переживать, где я, или что со мной могло произойти. Ведь, он и не знал, что мне удалось пережить. Величайший испуг за себя и за малыша, которого ношу под сердцем. Маленький плод любви. Мой любимый муж даже не знает о том, что скоро станет отцом. Я замечталась. Мне хотелось угадать его реакцию на эту новость. Будет он потрясён, или сразу прижмёт меня к себе? А, возможно, не будет рад. Хотя, с чего бы ему не радоваться? Вот я глупая! Вновь настраиваю себя на плохое. Может это из-за беременности? Разные пустяки лезут в голову, и, кажется, что я теперь переживаю каждую новость и потрясение со стократной силой.

Во мне разгуливался аппетит чаще, чем в доме Маргарет Хьюмен успевали готовить. От этого становилось неловко, но моя мама деликатно объяснила хозяйке, в чём причина такого моего поведения, и внезапного обжорства. Маргарет просияла, когда узнала о моей беременности.

— Ах, дорогая! Что же вы молчали? Это так замечательно! Только, почем вы не с мужем?

— Он был в отъезде, и мне тоскливо становилось в большом доме. — мы с Мирандой переглянулись при этих словах. Не нужно посвящать тётю в подробности.