Энью дважды разрешать не пришлось, и как только она подошла на нужное расстояние, он быстрым, лёгким боковым шагом отправился в обход, заставляя её оборачиваться, постоянно меняя стойку, планируя атаковать как раз в мгновение смены, когда она максимально неустойчива. Так и получилось — в какой-то момент ноги Энн неудачно заплелись — может, случайно, может, нарочно, он не думал, решив не упускать момент — и он атаковал, понимая, что не сможет попасть по телу, поэтому целясь в блок. Она сразу поняла его задумку и не стала медлить: блок осторожно, чтобы не напороться на выпады, отступал вместе с остальным, прикрывая отход и иногда знакомыми движениями отводя прямые удары, но Энью на это и рассчитывал. В несколько широких шагов он приблизился настолько, чтобы соперница никак не успела увернуться от удара, но, в то же время, хоть риск и был оправдан, он жертвовал силой и размахом, и сам открывался для атаки. Магия Энн был на уровень ниже, и ей всё-таки пришлось немало потратить на оборону, прежде чем, запыхавшаяся и избившая в кровь предплечья, она смогла отступить дальше и продолжить то, что задумала. Она тыльной стороной ладони стёрла со лба выступивший пот и приготовилась продолжать. Раны на руке защипало от соли.

Энью повторил свой трюк и в мгновение ока снова оказался слишком близко, но теперь она была готова — Энн слишком хорошо знала движения своего соперника и теперь, как и тогда, решила сыграть на природных рефлексах. Расстояние между ними было слишком маленьким, чтобы уворачиваться, тем более для медлительного Энью, и как только он нанёс следующий удар, метя в бок, она начала действовать — наверняка, потому что прекрасно знала о скорости реакции и умениях врага. Мгновенный удар в руку немного озадачил его, но только на миг — в следующую секунду Энью уже разгадал одновременный обманный удар ногой и успел защитить и то, и другое, но Эннелим на этом не остановилась. Вместо того чтобы ударить по бедру, она поменяла положение, метя в уязвимое колено и нанесла прямой удар пяткой. Он разгадал и это, успев поставить защиту, но вместо того чтобы попасть, Энн перенаправила поток и направила удар мимо, в то же время разворачиваясь и метя в подколенную ямку. Это Энью предсказать не успел, и сильный толчок заставил тело рефлекторно откинуться назад, теряя равновесие и контроль. Энн только этого и ждала: быстро, с невероятной скоростью приняв совсем другую стойку, она направила большую часть магии в правую руку и изо всех человеческих сил впечатала его в каменный пол. Магия гулко отразилась от камня, пройдя трещинами по старым надписям и лёгким дуновением раскиданного в стороны ветра по кронам зашелестевших листвой деревьев. Энн впервые нанесла настолько сокрушительный удар, но почему-то вместо радости пришло беспокойство и… вина.

Энью громко откашлялся и смахнул пошедшую из носа кровь, но сдаваться пока не собирался. Воспользовавшись замешательством, он выплеснул все остатки накопленной силы, и, еле поддерживая изломанную спину, схватил не успевшую сориентироваться Энн за стопу и подкинул вверх, лишая стойки, затем поднялся на руках, используя их вместо покалеченных от удара по позвоночнику ног, и, кинув всё, что было в правую голень, не успев даже подумать ни о тактике, ни о том, что делает, ударил по импровизированному, некрепкому блоку, отбросив её настолько далеко в сторону, что даже не смотря в сторону удара, услышал, как осыпаются ветки от удара тела о широкий ствол. Боль накатила слишком резко, заменяя собой выплеснутую магию, и он вскрикнул, второй раз падая, не успев подставить руки, на побитые кости. Даже эта последняя неудачная попытка никак не отменяла его первого поражения.

— А я надеялась добраться до поединка на мечах, но ты уже выдохся, — усмехнулась Энн, прихрамывая и держась за раненую руку возвращаясь на поле.

— Да не выдохся я… — Энью тоже попробовал подняться, но получилось только протянуть руку. Тело не слушалось. — Зато я позволил тебе выиграть.

— То есть вот это ты называешь «позволил», да?

— Ну, если бы не тот твой трюк, я бы…

— Не трюк, а просто использование твоих слабостей, — перебила она.

— Всё-всё, признаю, прекрати издеваться, — Энью покачал головой, принимая протянутую в помощь руку, и опёрся на подставленное плечо подруги, поднимаясь и прихрамывая, — Давай, тащи меня обратно.

***

Лорд Теровин ненавидел, когда ему врали. Но ещё больше ненавидел правду, которая ему не по душе. И когда маги зашли для обсуждения плана — особенно тот парень, прихрамывающий на одну ногу и слишком довольный для этого дня и этого места — он чуть не сорвался на них всей скопившейся злобой и усталостью за последние бессонные ночи и дни неудовлетворительных отчётов, но вовремя сдержался. Нужно было сохранить лицо, достоинство и даже в сложившейся плачевной ситуации — спокойствие. Он сухо поприветствовал их кивком головы, на что трое ответили тем же, и, достав из шкафа карту, разложил её на широком столе у окна.

— Мятежи, диверсии, дезертирство, массовое бегство из приграничных районов — это не просто волнения, а практически война, — голос предательски дрожал, выдавая подсознательное беспокойство. — Что дальше? Разбежится весь приграничный гарнизон? Пока далеко до официального объявления, но если мы не остановим даже первый отряд, то, по сути, подарим им ключ от наших земель.

— Получается, здесь будет их новый плацдарм, да? — задал вопрос в пустоту учитель, шурша, поглаживая бороду.

— Да, и у меня уже есть первые данные по врагу, — Энью заметил, что лорд странно поменялся. Похоже, чем ближе была опасность, тем спокойнее и собраннее было его поведение. — И, прошу прощения за прошлый раз — я был не в себе. Вы можете высказывать свои мысли в любое время.

— Благодарю, — поклонился магистр.

— Так, насчёт численности — около тысячи лёгкой пехоты и сотня лучников. С собой только провиант, похоже, лестницы они будут делать на месте, — Теровин провёл пальцем по направлению поставленной недавно точки. — Сейчас они здесь. С учётом максимальной скорости и отсутствия остановок, они прибудут через неделю.

— Даже, может быть, быстрее, — поправил его Левард. — Если среди них есть маги. Их не обнаружили?

— Нет. Либо отсутствуют, либо хорошо скрываются. Отправил бы вас — знали бы наверняка, но без опыта разведки, боюсь, не справитесь.

— М-да, так и есть, — ответил Арисс и Энью заметил, как всего на секунду по губам лорда пробежала лёгкая усмешка. — Тогда как насчёт плана по обороне? Есть мысли — при такой разнице в силе даже для крепости нужно что-то необычное?

— Да, сначала я подумал, что попробуем выиграть от оборонительных позиций и долгого обстрела, но после обсуждения с командирами отрядов выяснил, что численность в любом случае берёт верх. Крепость при каждом исходе сама по себе становится ловушкой, а не укреплением и при том, что наш враг готов пойти на любые жертвы для взятия Фарагарда, мы не можем рисковать ни одной жизнью. И это не гуманизм, а просто объективность, — подчеркнул Теровин, сопровождая свои слова какими-то отметками на карте, непонятными ни для Энью, ни для Энн. — Тогда мы решили, что лучшим решением будет встречать врага не только на крепостных стенах, но и использовать наши леса недалеко как место для засады.