— Хорошо, Олег Константинович, — деловито отчеканила его помощница и выпорхнула из кабинета.

— А что у Вас здесь за машина? — полюбопытствовал Соколов.

— А, да пока не о чем говорить, — соскочила я с темы, и он не стал настаивать.

— А ведь я, Дианочка, скоро перебираюсь в новый офис, уже всё достроил. Надеюсь, что Вам понравится. Жаль только, что потеряю этот великолепный обзор, — Карабас кивнул на окно, за которым открывался панорамный вид на столицу, — но это единственное и незначительное «жаль». Зато в остальном… ум-мм, жду не дождусь. Хотите, мы и для Вас тоже личный кабинетик обустроим, достойный императрицы?

— Пока не вижу в этом необходимости, но спасибо, и я подумаю, если предложение долгосрочное.

— Для Вас, прекрасная Диана, все мои предложения бессрочны, — промурлыкал довольный Карабас.

Кексы и правда были восхитительны и таяли во рту, оставляя на языке вкус жареного миндаля и шоколада.

Хозяин кабинета наблюдал за мной с видимым наслаждением и, наконец, произнёс:

— Бесконечно можно делать три вещи: смотреть на Вас, Дианочка, слушать Ваш дивный голос и наблюдать, как загибаются мои конкуренты, в идеале, с вашей помощью.

— Да Вы философ, Олег Константинович, — с улыбкой прокомментировала я его высказывание.

Ещё некоторое время в расслабленной атмосфере мы говорили о ценах на недвижимость в Москве и Париже, о недоразвитом фондовом рынке в России, о безобразной организации рынка ценных бумаг в Америке, и о моей значимой роли в привлечении будущих инвесторов к нашим будущим успешным проектам.

— Дианочка, подумать только — в таком нежном возрасте у Вас столь обширные знания, — искренне восхитился Карабас.

Это хорошо, что он так думает, потому что я во всех этих ценных бумагах — полный профан. О степени развития России в этой области и об организованности Америки я готова рассуждать долго, особенно когда диалог ведёт собеседник. К счастью, я богата иными полезными навыками, которые помогают мне не перегружать мозг лишней информацией. А в подобных беседах меня спасают отличная память, прекрасная интуиция и убойное обаяние. И образование, конечно — куда же без него.

— Приходилось очень много учиться, — пояснила я, не уточняя, где и чему мне пришлось обучаться.

— О, да — Гарвардский университет — настоящая кузница волшебников! — Соколов сверлил меня изучающим взглядом.

— Волшебники — это из Хогвартса, — парировала я, даря собеседнику обворожительную улыбку.

Если этому дотошному пузану известно, что я училась в Гарварде, то, наверняка, не осталось тайной, как быстро я оттуда вылетела. До сих пор не жалею об этом. Но обсуждать с Карабасом такие подробности я не намерена. В конце концов, своим образованием я горжусь, а там, где его не хватает, помогает… волшебство.

Очень своевременно прошёл вызов селектора, и нежный Риммочкин голос объявил:

— Алексей уже здесь, Олег Константинович.

Алексей оказался кладезем полезной информации. Щуплый, невысокого роста, с веснушками на носу, улыбчивый парень, казалось, знал каждый квадратный метр огромного города, помнил часы работы важных служб и даже расписание нужных авиарейсов и пригородных поездов. Автомобиль он водил лихо, на вопросы отвечал быстро, маршруты перестраивал мгновенно, избегая попадания в затор. Этакий весёлый робот. Мы посетили паспортно-визовую службу, представительство «Porshe», пообедали в ресторане, сделали несколько мелких покупок и даже посмотрели пару квартир, выбранных мной из множества вариантов, которые Риммочка скинула мне на почту. Мне понравились обе квартиры и, пожалуй, одна из них будет моей. Осталось только выбрать и создать интерьер.

Карабас явно задумал очередную авантюру. И дело не только в изобилии щедрых предложений с его стороны, так как его щедрость мной вознаграждена авансом в десятикратном размере. Дело в самом факте поступивших предложений. Соколов Олег Константинович, глава строительного холдинга «СОК», он же Карабас, был готов выполнить все мои требования, но предлагать то, о чём его не просят, не в его расчётливой натуре. А с амурными поползновениями в мой адрес Карабас завязал ещё в первую нашу встречу, когда чуть не остался без мужских причиндалов. Мудро рассудив, что обижаться и злиться на меня себе дороже, Соколов попытался наладить со мной крепкую дружбу, основанную на взаимовыгодном сотрудничестве. И раз все его щедрые предложения бессрочны, как он выразился, значит, в моих услугах он планирует нуждаться ещё очень долго. А главное, что меня это вполне устраивает.

Мой шустрый водитель высадил меня у гостиницы и поинтересовался, нужен ли он мне сегодня, и в какое время ему быть завтра. Я отпустила парня отдыхать, обещая позвонить позднее, чтобы уточнить время на завтра, если он мне понадобится. Завтра надо обязательно позаботиться о местной мобильной связи.

На ресепшне меня ждали несколько сообщений. Я просмотрела оставленные записки и улыбнулась. День прошёл плодотворно, надеюсь, и вечер не подкачает. Записку от Юры с просьбой ему позвонить я отложила на потом, а сначала мне нужно принять ванну и расслабиться.