Так пусть ведет нас колея!

Аркадий Бийски, сэр и гранд, 2

Чуть-чуть пижон, слегка педант,

Но славный малый, ей же бог!

Не верите? А есть ли прок?

Его причуды я писать бы мог,-

Не будем же на это строить слог.

Мы их оставим на "потом",

Пойдем проторенным путем,

Что Пушкин указал давно.

Пусть будет так! Нам все одно.3

IV

Не убежать нам от великих,

Да поучиться не грешно,

Чтоб не копаться в рифмах диких,

Самим чтоб не было смешно.

Пример подам, как верный ученик

В строфу "Онегина" проник:

По юности его прочёл,

В нём всё прилежно разобрал,

Немного сложного нашёл,

И этак гордо намарал

Роман о разных мелочах -

Неважных в Ваших-то очах.

На Пушкина сим покусился, -

Он сам на это напросился. 4

V

Прости, поэт, наш свет убогий,

Меня, за то, что я смеюсь,

Что не ценитель я престрогий-

Авторитетов не боюсь,

Что труд напрасный произвел,

Что параллель уже повел

Меж тем далеким идеалом,

Меж тем бездельником бывалым,

Тогда уже почти что галлом,

Онегиным сим славным малым,

И меж Аркадием моим,

И между мной, как знать, самим.

Но мы сонету не изменим, 5

Пора уже, пластинку сменим.

VI

Вот так: однажды в час утра,

Тому годков так двадцать два,

В деревне, что была дыра -

Какая вяжется канва?
–

Родился мой герой отважный,

(Рожденьем осчастливлен каждый).

И заорал. Избавь мя бог,

И от детей, и от хлопот!

Я б описать пелёнки мог,

Жаль – опыт у меня не тот.

Оставим прозу матерям,

Судить не следует гостям:

Ведь нам давно уж слова мама,

Звучит чуть пошло, словом, дама.

VII

Но детство жизни,

Как и детство мира,

Здесь сказано без укоризны,

Ещё чуть-чуть игра сатира:

И выкинуть его нельзя,

И впечатленья детства зря

Над всем довлеют не шутя,

Пока по миру мы бредём,

Едим и много пьём, хотя

Давно другим живём.

Но все прекрасные картины,

Раздольные, широкие долины

Из детства давнего идут,

И сами по себе живут.

VIII

Прожив в пеленках лет до трёх,

Вступил он на стезю иную-

Бранить её нам будет грех-

Детсадовскую, в общем – то простую.

Но кто ж в детсаде не бывал?

Кто ложек манкой не марал?

Кто по команде не вставал?

Кто с дисциплиною дружил?

Кто строем детским не шагал?

Кто по часам не ел, не пил..

Таких, пожалуй, не назвать,

И ум не стоит утруждать.

Конечно, можно что сказать,

Но всё ж могу я вам соврать.

IX

Уже давно, в те славные года,

Меня пленяла воля, за собой маня.

Пусть сути я её не знал тогда,

Лишь детский садик доставал меня.

И посему, бросая нянь,

Ещё я в утреннюю рань

Бесстрашно в щели убегал,

Свободу пыльную глотал,

Себя надменно утверждал,

Хоть и по шеи часто получал.

Но всё равно я убегал

И кашу с детства не едал;

И до сих пор не ем, друзья,

Не принимает всё душа моя.

Х

Пока я рос, как у дороги

Растет бурьян не нужный никому,

Но если им поранят ноги-

Тогда несдобровать ему.

Его корчуют, вырывают,

Обиды в злобе не прощают,

Но ценят нежные цветы,

С любовью гладят лепестки,

А ими-то всегда горды:

Лелеют нежные ростки,

Растят укрытых под стеклом,

Растят в довольствии большом,

Боясь, что ветер колыхнет,

Мороз нечаянно дохнет.

XI

Цветком таким Аркадий рос:

Красивым, белокурым, славным.

Не ведая холодных рос,

Он членом клумбы равноправным.

Трудов не зная и забот,

Так поживал на печке кот.