– Ты лжешь.

– Почему ты мне не веришь?

– Потому что моя работа как раз и состоит в том, чтобы отличать ложь от правды и лжецов - от честных людей. Ты лжешь мне, Юджин!

Она выпрямилась и скрестила руки на груди.

– Этому необходимо положить конец!
– воскликнула она.
– Сегодня, сейчас. Так дальше продолжаться не может. На карту поставлена твоя карьера, и я не хочу отвечать за ее возможный крах. И уж тем более я не хочу иметь дело с кем-то, кто мне не верит.

– Кто был этот мужчина?

– Какая тебе разница? Я же сказала - он мой старый друг. Подумай лучше о своих друзьях, которые спят и видят, как бы отправить меня на скамью подсудимых.

– Что удивительного в том, что я тебе не верю, когда ты не хочешь ответить мне на самые простые вопросы?
– спросил Хэммонд сердито.

– Для меня это непростые вопросы!
– почти прокричала в ответ Юджин.
– Ты даже не представляешь себе, насколько они непростые. Они напоминают мне о вещах, о которых я пыталась забыть и которые преследовали меня с...
– Она осеклась, сообразив, что сказала слишком много.
– Я понимаю, - добавила она почти спокойно, - что ты не можешь верить мне, как не поверил бы мне любой разумный человек. Что ж, тем больше у тебя оснований уйти и никогда больше не возвращаться. Никогда, слышишь?

– Вот и отлично.

– Пока мы с тобой лежали в постели...

– Это было великолепно!

– Но если ты мне не доверяешь...

– Не доверяю.

– Тогда...

– Ты спала с Петтиджоном? Она побледнела.

– Что-о?!

– Ты спала с ним?
– повторил Хэммонд.
– Лют был твоим любовником?

Он шагнул к ней, непроизвольно сжимая кулаки, она попятилась и пятилась до тех пор, пока не уперлась спиной в стену.

Так вот что его так беспокоит, поняла Юджин. Вот что заставляет его пренебрегать карьерой, положением в обществе и всем остальным, что он когда-то считал важным. Желание знать ответ на этот вопрос было в нем таким сильным, что обычно осторожный и сдержанный Хэммонд Кросс вел себя как человек, совершенно потерявший голову.

– Так ты трахалась с Петтиджоном или нет? Отвечай!

– Нет!
– выкрикнула она и добавила совсем тихо:

– Нет, клянусь тебе.

– Ты убила его?
– Он сжал руками ее плечи и так низко наклонился к ней, что его лицо оказалось всего в нескольких дюймах от ее головы.
– Ответь мне честно на этот вопрос, и я прощу тебе любую ложь. Ты убила Люта Петтиджона?

Юджин отрицательно покачала головой:

– Нет, я его не убивала.

Он уперся кулаками в стену позади нее и, наклонившись еще ниже, коснулся щекой ее щеки. Его дыхание было горячим и таким громким, что заглушало даже шум дождя снаружи.

– Я хочу верить тебе...

– Это правда, я не убивала Петтиджона, - повторила Юджин.
– Но не спрашивай меня больше ни о чем, потому что я все равно не смогу ответить...

– Но почему? Скажи хотя бы - почему?

– Потому что ответы причинили бы мне слишком сильную боль.

– Как? Я не понимаю...

– Прошу тебя, не заставляй меня. Это же мука мученическая... Я боюсь, что мое сердце просто разорвется пополам.

– Но своей ложью ты разбиваешь сердце мне.

– Пожалуйста, Хэммонд, если ты хоть немного уважаешь меня, избавь меня от... Я не хочу, чтобы ты во мне разочаровался. Я предпочла бы никогда больше с тобой не встречаться, чем позволить тебе знать...

– Что? Скажи мне!

Она решительно покачала головой, и Хэммонд понял, что продолжать давить на нее бессмысленно. К тому же после того, как он убедился, что Юджин не причастна к убийству Петтиджона, с его стороны было бы самым правильным оставить ее в покое и не лезть ей в душу.

– Это еще не все, - неожиданно добавила Юджин.
– Назревает кризис, и мы можем оказаться по разные стороны барьера...

– Значит, твоя тайна все-таки имеет отношение к делу?
– встрепенулся Хэммонд, хватаясь за ее слова, как за последнюю надежду.

– Я знала, что наша встреча все очень усложнит, и тем не менее допустила... Больше того, я хотела, чтобы это произошло. Даже на заправочной станции я еще могла сказать тебе "нет", но.., не сказала.

Он слегка приподнял голову, чтобы видеть ее лицо.

– А если бы тебе представилась возможность переписать эту страницу заново...

– Это нечестно!

– ..Ты бы что-нибудь изменила?

Она долго выдерживала его взгляд, лишь еще одна слеза скатилась по ее щеке. Для Хэммонда это было достаточным ответом.

– Я тоже!..
– прошептал он.
– Я тоже не стал бы ничего менять.

Мгновение спустя он обнял Юджин, и его жадный рот раздвинул ее губы. Вода капала с ее мокрых волос на его рубашку. Наконец они разжали объятия.