Пес внимательно посмотрел на меня. И тут меня осенило:

— Тебе ведь не нужно никого искать, ты и так все знаешь. Правильно?

Он отвернулся и начал энергично чесаться, а затем нехотя пробормотал:

— Думаю, что знаю. Но у меня нет доказательств. Когда искусственный интеллект станции покончит с вирусом, можно будет уверенно сказать, чей терминал оказался заражен.

Я поднялся и направился к кухонному комбайну. Поиграл с кнопками меню. Кухня Сириуса, Объединенной федерации Цефея, королевства Фомальгаут и еще многих, многих звездных систем. Как вообще здесь можно что-то выбрать? Я зажмурился и наугад ткнул пальцем. Кухня системы Кита? Почему бы нет?

«Деликатес. Только для гурманов. Просим извинить за долгое ожидание», — появилась предупреждающая надпись. Торопиться мне было некуда, и я ткнул пальцем в нечто, по виду напоминающее картофель фри. Четыре секунды и дымящаяся тарелка была в моих руках.

Нда. Картошкой это отрава точно не являлась. А еще я понял про себя, что гурманом не являюсь. Под хихиканье хаски я отодвинул тарелку.

— Сам бы попробовал, гадость редкостная, — проворчал я.

— Это личинки лярвораттуса. Этакого здоровенного жука, очень похожего на шестиногую крысу.

Я подавил рвотный спазм и буркнул:

— Кстати, у нас собакам обычно достается то, что люди не доедают. Так что у тебя были все шансы получить на ужин этот деликатес.

— К счастью, я не живая собака, а всего лишь имитация, — все еще улыбаясь, ответил пес. — Но эту дрянь даже собаки из созвездия Кита не едят, потому что не вкусно. На Ките культ кулинарии. Местные гурманы все перевернули с ног на голову. То, что для большинства жителей планеты вкусно, для них пресно, обыденно и неинтересно, а то, что большинство и в рот не возьмет, — изысканно и оригинально.

— А если знал, то почему не предупредил?

— Хотел посмотреть на твою реакцию. К тому же ты получил новые вкусовые ощущения. Новая информация полезна в любом виде.

— Видал я такую пользу!

— Не согласен. Любому разумному существу нужны новые впечатления.

Ответить на это мне было нечего. Но не оставлять же последнее слово за собакой? Тем более не настоящей. И я, закусив губу, надолго задумался, но ничего подходящего в голову не приходило.

— А вот что ты скажешь… — начал я, но пес вскочил на лапы и насторожился.

— Пожалуй, тебе лучше вмешаться, — бросил он, направляясь к лифту. — Там что-то случилось.

— Опять?!

— Держи ее! — крикнула мне Ника, изо всех сил отбиваясь от налетевшей на нее фурии с зелеными волосами.

Это было первым, что я услышал, ворвавшись следом за хаски в центр управления.

— Ах ты, гадина! — не отступала Жанна.

Ника вывернулась из ее рук и бросилась в сторону, но Жанка не сдавалась. В длинном прыжке она настигла жертву и вновь вцепилась в воротник серой косухи.

— Да держи же ее!

На этот раз кричали уже двое — Ника и хаски.

— Кого? — не понял я, оглядываясь по сторонам.

Я все еще не мог придти в себя от неожиданного зрелища. Вот как бы вы поступили, доведись вам присутствовать при драке двух девиц? Я знаю, что бы сделали взрослые — начали стыдить и разнимать. Знаю, что сделали мои одноклассники — со смешками и улюлюканьем снимали бы видео. Но я не понимал, как поступить мне. Разнимать? Или сделать вид, что ничего не происходит?

Оставив косуху в руках Жанки, Ника вновь вырвалась и бросилась к светящемуся креслу, в котором сидела Яна.

— Отцепись от малявки! — не сдавалась Жанна. — Иначе хуже будет!

Не обращая внимания на угрозы, Ника подлетела к Яне и дернула ту за локоть, стягивая с кресла. Но Яна не сдавалась, она вырвалась, и одной рукой вцепившись в подлокотник, другой пыталась дотянуться до какой-то кнопки на пульте. Ника отвела ее ладонь в сторону и сама попыталась передвинуть на пульте какие-то прямоугольники. Яна ей отчаянно мешала.

— Не стой столбом, оттащи ее от пульта! — в сердцах рявкнул пес.

Я очнулся, в три прыжка оказался рядом с Яной и, не взирая на пинки, вытащил девочку из кресла.

— Отпусти! — маленькие кулачки забарабанили по моей груди.

— Не тронь мелкую! — растрепанной фурией подлетела ко мне Жанка.

Не взирая на сопротивление, я отпустил Яну только на пороге центра управления.

— Это же не шутки! — крикнул я, крепко удерживая ее, хотя она и рвалась обратно. — Не нужно там ничего трогать.