— Тоже хороша, — сказал Ардира, подкуриваясь. — Вот тебе простой и до безобразия доходчивый пример: пусть костяная пасть не способна держать язык за зубами, но сердце этого ублюдка чисто и полно любви. Как дети малые, чтоб меня боги прокляли…

Он прошёлся дальше по коридору, пересек границы света от огонька, пуская за собой дым от трубки. Ринельгер понаблюдал, как Фирдос-Сар отстёгивал от широкого пояса флягу и пробовал на вкус воду, будто пил её в первый раз, и подошёл к Ирме:

— Наверное, твои мёртвые спутники так себя не вели. Мы, знаешь ли, не «благородные рыцари» мятежной королевы…

— Я думала, она убьёт его, — прошептала Ирма. — Как вы так работаете?

— До такого обычно не доходит, — Ринельгеру вдруг стало стыдно за поведение соратников. — Заканчивалось раньше словесной перепалкой и ударами кулаков по столу. У нас это своего рода развлечение. Но такое… впервые. Тебя это сильно испугало?

— Не спрашивай меня об этом, — раздражённо сказала Ирма, надув губы. — Я ничего не боюсь…

Остварка нахмурила бледное личико и присела на каменный выступ, подальше от отряда. Сенетра уже начала приходить в себя, и Фирдос-Сар осторожно поил её водой из фляги. Вот уж отходчивая личность этот сарахид…

— Не злись, пташка, — тихо говорил он. — Забудем это и начнём сначала.

Сенетра утвердительно хмыкнула, и на том конфликт их был исчерпан. Ринельгер прошёл мимо и направился навстречу возвращавшемуся Ардире.

— Темень там такая, что хоть глаз выколи, — буркнул командир. — Попали мы, чародей. Может быть, из-за жадности, боги Аромерона… Какой там восток, какой Алормо, если мы даже из Кеинлога уйти спокойно не можем.

— Не отчаивайся, выход всегда есть, — протянул Ринельгер, хотя мало верил собственным словам. — Твоё мудрое напутствие.

Ардира устало усмехнулся.

— Я готова, — послышался голос Сенетры. — Что ты со мной сделал, Рин?

Рунарийка вытянулась в полный рост и разминалась. Кровавый паралич — полезная штука, испытанная Ринельгером ещё месяца три назад. Техника в точности такая же, как и с тем заклятием, которым чародей выбил из сознания Ирму на Пустынном берегу, только открытой раны не нужно.

— Всего лишь парализовал, — ответил Ринельгер. — Чтобы ты не прикончила сарахида.

— И им он будет вырубать вас, — сплюнул Ардира, — если снова начнёте рубить друг друга. Вперёд, отряд.

Фирдос-Сар с хрипотцой хмыкнул.

— Ты ничего не чувствуешь? — спросил вдруг Ардира. — Есть здесь кто-нибудь ещё?

Под кем-нибудь командир, конечно же, имел ввиду чудовищ, что могли залезть сюда в обход магического купола или, вероятнее всего, после его нейтрализации. Ринельгер сконцентрировался, но никого не обнаружил. Во всяком случае, живого.

— Нет, — покачал он головой.

Ардира неоднозначно кивнул — с промедлением и выражением неудовлетворённости в ответе. Он надеялся, что какое-нибудь существо проделало выход на волю, но в то же время опасался боя, ибо отряд был совсем не в лучшей форме.

Отряд двигался вглубь. Становилось холоднее, но коридор постепенно начинал подниматься, что вселяло светлую надежду — скоро отряд выберется на поверхность. Главное, чтобы не под ядовитый дождь…

Ардира остановился. Дальше проход обрывался завалом — рухнула одна из стен, обозначив крутой склон наверх, по образовавшейся от крушения пещере. Оттуда тянуло воздухом, и Ринельгер послал светлячка по груде камней.

— Коридор, — Ардира заметил чудом сохранившуюся на краю колону. — Осторожнее на склонах…

Отряд стал карабкаться наверх, камни здесь по большей части лежали, тесно прислонившись друг к другу, и образовывали твёрдый склон, несмотря на хрупкий вид конструкции. Ардира и Ринельгер поднимались первыми, чародей постоянно оглядывался на Ирму, но остварка не держалась в стороне и сопровождала Сенетру — обе помогали друг другу пересекать наиболее трудные участки пути. Фирдос-Сар замыкал, выполняя страхующую роль: его сильные руки поймали бы женщин, если бы они вдруг не удержались.

— Хорошо, что ребята нашли тебя там, — сказала Сенетра, хватаясь за руку остварки и подтягивая её к себе. — В одиночку на Пустынном берегу выжить сложно.

— Но я пленница, — Ирма заглянула в тускло синие глаза рунарийки. — Всё равно, что мертва.

— Никакая ты не пленница, не выдумывай, — улыбнулась Сенетра и шепнула: — скажу по секрету, у тебя большие шансы влиться в нашу команду.

— Я не наёмница, — Ирма вскинула голову вверх и встретилась с глазами Ринельгера; ей стало жутко, будто бы кот смотрит на маленькую мышку, готовясь её сожрать. — Я… не знаю точно, но кажется… но, кажется, служила в Святом Воинстве…

— А я — легионер империи, — с грустью протянула Сенетра. — Подумай над вступлением в отряд. Я проголосую за.