Наконец, извивающийся чёрный шланг прекратил свой магический танец и замер, согнувшись широкой дугой у ног водителя.

Кузьмич открутил вентили, отсоединил стыки и, тщательно свернув шланг, положил его в специальный жёлтый короб, находящийся сбоку его машины. Всё, его смена на этом закончилась, и пора было отправляться на автобазу. Не спеша, он подошёл к водительской дверце и, забравшись в кабину, повернул ключ зажигания.

В тот самый момент первые капли просочившейся белой мутноватой жидкости стали падать с подземного свода вниз, на беспрерывно покачивающуюся, на слабых волнах маленькую девочку.

Молочный комбинат не прерывал свою работу ни на минуту, обеспечивая своей вкусной продукцией всё более увеличивающиеся потребности населения большого города.

***

Прошло долгих и трудных для всего человечества шестнадцать лет.

Сколько всего нового и необычного для нашего с вами восприятия произошло за эти неполные пару десятков лет во всём мире, да и в нашей стране в частности.

Огромная могучая наша страна опять же не по нашей вине скатилась в глубокую пропасть. Затем, остановившись на самом краю своего полного и окончательного распада, она покачалась на краешке и потихонечку медленно стала ползти назад к своему некоему только ей известному благополучию и призрачному процветанию.

Наступил долго ожидаемый двадцать первый век. Время нового тысячелетия. Не дождавшись, прогнозируемого и ожидаемого конца света человечество вновь зажило своей обычной неспокойной жизнью.

То там, то тут вспыхивали беспощадные войны. Правители разных стран расплачивались за свои политические ошибки, многочисленными человеческими жертвами принося их в дар своим кровавым богам.

Но где-то там под землёй шла своя война и она всё сильнее крепла и разгоралась ярким кровавым пламенем питаемая ненавистью и злобой ко всему живому и конкретно к породившему её человечеству…

***

Она проснулась и сладко потянулась, выгнулась дугой и хрустнув суставами несколько расслабилась . Она слышала журчание ручья, топоток крысиных лапок, перестукивание мелких звериных косточек, разбросанных по пещере. Она была в своем доме – убежище.

По потолку бегали насекомые. Стояла густая темнота. Но ее это нисколько не пугало – она видела все, все что скрывал мрак.

Сон ушел, дремота ушла в догонку. Она села, подтянула под себя ноги и тут же встала в полный рост. Зевнула и снова потянулась.

Через мгновение она уже шлепала босыми ногами по парапету в направлении подземного бассейна. Там можно было искупаться и перекусить. Ее путь шел вдоль текущего ручья. На подземных перекрестках в ручей впадали новые потоки воды. Он впитывал их, смешивался с ними, бурлил и гнал свои воды дальше, по наклонной.

Она уже почти подошла к водоему. Слышала шум падающей воды. Уже чувствовала своей кожей приятную прохладу обволакивающей ее жидкости. Как вдруг, раздался гул работающего насоса, хлюпанье всасываемых нечистот и чьи то неторопливые шаги по металлическому настилу. Она ловко юркнула в узкий боковой проход и затаилась.

Кто то подошел к водоему и остановился. Время замерло.

Любопытство выгнало ее из норы, и она, крадучись, направилась к подземному сооружению где находилось машинное отделение с гудящими насосами. Впереди стоял человек и смотрел на поверхность озера. Он был один. Как только она вышла из проема – он обернулся, осветил пространство перед собой ярким лучом фонаря и замер, увидя ее.

***

"Как она мне надоела" – ругался Василий Васильевич, сорока летний мужчина в полном расцвете сил, спускаясь по винтовой металлической лестнице внутрь подземной насосной станции.

Он работал обходчиком на водоканале и регулярно проводил плановые проверки подведомственной ему территории. А эти свои мрачные мысли он посвящал своей жене Маринке, которая уже с самого утра успела испортить ему нервы на кухне, пока он завтракал наскоро приготовленной яичницей, собираясь на работу.

В её словах был некий смысл, он это признавал. Но, имея стервозный характер, она преподносила их ему в таком виде, что он потом очень длительное время не мог прийти в себя, поигрывая желваками на широких скулах и мысленно ругая её всеми бранными словами, которые только знал.

Обычно он работал с напарником, но в этот раз пришлось ехать на объект одному. Егорыч – его напарник позвонил и предупредил, что на пару часиков задержится. А где пара часиков там и все восемь, то есть Василич знал привычки своего напарника и решил не ждать того и провести плановую проверку самому. Впрочем, это не составляло особого труда. Необходимо было, спустится вниз в отстойник и, на пару минут, включив насосную станцию, проверить надежность ее работы. С этой задачей он считал, что справится и один.