– Нет.

– А чего орала?

– Вам доверилась, дуракам.

– Так идем в ГУЛАГ, – сказал Робинзон.

Холодища, ветер, небо низкое, серое, лужи непроходимые. Колючая проволока. Как люди здесь жили? И заключенные, и охрана… Кастрюли, пилы, посуда – все с тех времен набросано. Казалось бы, обычная помойка в лесу, как мы привыкли. Помойка-то помойка – но не совсем обычная все же.

Начали просыпаться первые кровососущие. Один, величиной с фалангу пальца, приземлился на Кланьку и чуть не раздавил.

– Кто рано встает, тому Бог подает, – прихлопнула она его.

А что же здесь летом происходит? Как выжить?..

– Какой же это был сложный поход для меня, ты не представляешь, – призналась Сусанна. – Я все время мерзла и не могла согреться.

– Да, – Кланька только вздохнула.

Неловко как-то

На следующий день они выходили из леса. Поход был окончен. Перешли очередную реку, в которую Робинзон ухитрился-таки провалиться, миновали парочку болот, железную дорогу. И привет. Машина, Новая Чара, квартира Робинзона, жена Робинзона, дети Робинзона. И чувство, что Робинзон не в курсе, что два дня постоя у него оплачены…

– Робинзон… Неловко-то как, что вот мы к тебе, – бормотал Димас.

– Да, ладно, – благородно отмахивался Робинзон.

Кланька недоумевала.

– Мы, вроде как, денег за это заплатили. Он на наши же деньги нас кормит, за свои же деньги мы у него живем. Или нет?

– Ну, неудобно все равно. У него семья…

– Классные вы парни! Заплатили и неудобно!

– Но столько он сделал для нас! Пойдемте коньяка ему купим хорошего. И еще приплатим, – шептал Димас.

– А ничего, что мы за тур ему отвалили больше, а он даже не пошевелился сдачу дать?

– Он просто не знал, сколько тур стоит. Наверное. И давай мы сапоги ему оставим, сапоги ж хорошие. А то неудобно, – краснел Дэ.

Коньяк, сапоги. Робинзон только пожимал плечами. «Ну, спасибо, если хотите…». Он всем видом показывал, какое одолжение делает своим гостям, отчего чувство вины у Димаса и Дэ усиливалось.

– Робинзон, братишка…

– Да, ладно уж…

Жена Робинзона – женщина добрейшей души! И помыться, и постираться, и чистое белье, и покормить… Но Кланька очень хотела уехать в Куанду.

– Нас пригласили организаторы, написали, что Робинзон нам билеты купит и на пригородный поезд посадит. Я тут оставаться не могу. С вашим чувством вины нам денег на Северобайкальск может не хватить.

– Никаких чувств вины! – отрезал Дэ. Но уехать согласился.

Услышав про пригородные поезда, Робинзон удивился.

– Какие такие поезда? Тут только рабочие ходят, а с ними не договоришься. Если чего вдруг – ссадят вас в тайге, что делать будете? Берите билет до Куанды на тот поезд, в котором вы в Северобайкальск едите.

– А когда ж мы по Куанде погуляем. Нам организаторы написали, что мы можем в рощу сходить за березовым соком.

Конец ознакомительного фрагмента.