— Чего это меня без торта? — подскакивает с пулей в одном месте раненый туда же брат, — Врачи вы безжалостные! Дядя полковник, скажите ему, чтоб не дразнился.

Мама прерывает наш военный экзамен, приглашая к столу.

Но и тут Давиды, как сговорились. Так-то они чаще всего вменяемые. При Тори, видимо, решили, держать свой статус до конца.

— Батальон, стройся в трапезную!

Синеглазка скорей хватает меня за руку, вздрагивая от новой команды. И провожает глазами выход марша из гостиной проголодавшейся роты.

— Дейв, они все такие… такие…

Она даже слов подобрать не может на эмоциях.

— Знаю, моя семейка с огромным приветом, — обнимаю, свою любимую девочку, — Ну видишь теперь, что ты не одна выбиваешься из стада династии?

— Надо же как совпало, что мы с тобой вместе свернули не в ту степь. И я уже точно не поддамся ни на какие уговоры посвящать жизнь тому, от чего давно тошнит уже и так, — радует меня синеглазка своей решительностью, она тоже боец, хоть и невидимого фронта. — Давиды меня будут еще проверять? — тут же теряет свой пыл, когда я веду ее на выход.

Я прекрасно понимаю синеглазку. Сам недавно как идиот искал центр комнаты и побывал на воскресном экзамене.

— Послушай, Тори, — наставляю ее перед следующим боем, — Гору свернуть мы не сможем. Но нам ничего не мешает скатиться с нее, немного повеселившись.

Тори понимает мой намек. И у нас же есть тайная связь, о которой деловые бойцы и не догадываются.

Входим в столовую. Ждут только нас. Пока мама не даст команду, есть запрещено.

— Все врачи такие медлительные или только ваша парочка? — не сдерживается от замечания двоюродный чокнутый братец-сержант.

— Это ж у вас повоевали и слиняли. А нам убирать потом приходится, — подкалываю его со знанием дела.

Мама с тетушками хихикают. Женская половина семьи всегда на моей стороне. И это тоже злит батальон, особенно двоюродных братьев.

За столом пока нас оставляют в покое, быстро ввожу синеглазку в понимание, кто есть, кто. То, что они Давиды и так понятно.

Дед у меня генерал, отец полковник. Дядьки по старшинству: капитан, майор, подполковник. И их сыновья, мои двоюродные братья: сержант, старшина, прапорщик, лейтенант. Из женской половины, кроме мамы, три тетушки и жена старшего из братьев, лейтенанта.

После поздравлений и звона бокалов, мама переводит внимание на нас.

— Как же я рада, что мой Давид привел наконец-то девушку в наш дом, — для нее приезд синеглазки стал дополнительным подарком, и мама не может прийти в себя от счастья.

Всё у меня родители выспрашивали, когда же я нагуляюсь и созрею, будто так легко найти вторую половину. Так получилось, что именно Тори — первая, кого я рискнул сюда затащить. И глядя на любимую, я о-о-очень надеюсь, что уже и последняя. Если не сбежит от меня после сегодняшнего сюрприза.

— Эх, девушка хорошая, — тянет дед, после пары-тройки рюмок, он добреет, — И видно, что не из этих, кто себя считает умней всех.

— Согласен, — подхватывает отец, — Ученых терпеть не могу, толку ноль. А несут себя дальше некуда. Чего-то там исследуют, исследуют, над крысами издеваются. Лучше пусть лечат кого-нибудь.

— А я психиатров недолюбливаю, — вроде кто за язык тянул сержанта.

— По тебе и видно, — помогаю ему понять причину, и получаю ломтиком сыра в лоб.

Ну сам напросился…

Хватаю гриб покрупнее и показываю на дактиле Тори под столом:

«Отвлеки придурка».

— Сержант, а много раз вы были у психиатра? — синеглазка выдает от растерянности, просто поддерживая разговор.

Остальные братья начинают ржать над покрасневшим сержантом, он возмущенно пыхтит, опуская голову над тарелкой.

Самое оно.

Опля… грибочек угодил прямо на бритое темечко братца.

В ответ он не успевает ничего запулить, отец берет слово. Для младших по званию, значит, не дергаться.

— Чем занимаются твои родители, Тори?

Мдаа… вот тут-то мы и зависли с синеглазкой.

— Они — препо…

— Много кого и чему учат, — перебиваю ее, заменяя частично понятия.

Лучше выдавать информацию постепенно…

— Так и мы тоже только и делаем, что учим, учим. Только до солдат долго доходит, — генерала уже понесло, градус повысился.

— Значит, решено, — отец теперь смотрит на нас обоих и мне не очень нравится его настроение. Слишком уж он доволен, — Мы хотим познакомиться с твоими родителями, Вика. Так сказать, обменяться опытом, лучше узнать с кем сблизился наш Давид. В общем привози их сюда, а мы примем как полагается.