«Когда ты смотришь любимый фильм с кем-то, кто его не видел, ты и сам словно видишь его впервые, по-другому», — Дэвиду стало слишком хорошо.

«Но вот и чувство эйфории, — одернул он себя, а на экране пошли титры. — Да, пожалуй, хватит. Пора в реальность».

— Доброй ночи, Зизи-Зефира-Зефирка, — улыбнулся Дэв, встав. Чуть подумав, достал из шкафа свой шарф и накрыл ее и, выключив свет, ушел. «Даже жаль, что завтра я тебя уже не увижу», — с легкой грустью подумалось ему.

Утром, собираясь на работу, Дэвид, хоть и ругая себя за малодушие, но не стал заглядывать в гостиную. В конце концов, ничего нужного там не находилось, а вчерашний бред, он пусть лучше подождет. Дэвид и сам не мог ответить, чего же он больше боится: что фея будет там или…?

Мужчина умылся холодной водой, наспех выпил апельсинового сока, еще быстрее переоделся и покинул апартаменты. Голова тяжело гудела: спал он весьма плохо. Еще бы! Фея — как мозг только додумается до такого. Нужно было сразу к врачам бежать. Но испугался: опять лечение, опять пресса узнает.

Скандал на работе он решил не устраивать — вначале нужно разобраться в ситуации, присмотреться к поведению Карла. Понять, как отреагирует на то, что Дэвид явится как ни в чем не бывало.

— Дэвид, ты какой-то бледный сегодня, — недовольно отметила менеджер, отвлекаясь от белого полотна перед которым разложены искусственные стога сена: сегодня по плану продолжались съемки для календаря на следующий год в тематике: «фермерский дух».

По мнению Дэвида, всё снимаемое имело к фермерству, жизни в деревне, на свежем воздухе весьма отдаленное отношение, но его дело было — позировать. На днях, правда, не удержался, смотря, как полу-обнаженный, в одних коротких шортах, Карл «косит» ровную синтетическую траву, и вскользь посоветовал «больше естественности». И вот сегодня их декораторы притащили солому, и тут надо отдать им должное, весьма похожую на натуральную.

— Всё в порядке, — поспешил Дэвид заверить выжидательно смотревшую на него менеджера.

Саманта Кларк — моложавая женщина средних лет, ее светлые волосы всегда были уложены в аккуратное каре, на лице — необходимый минимум макияжа, всегда в деловых костюмах, строгая, собранная, держащая всё под контролем. Саманта договаривалась о контрактах, выбирала моделей, бдила порядок на съемках и многое другое. Казалось, ничто не проходит мимо этой властной женщины.

Но при этом она всегда уважительно относилась к коллегам, пресекала все попытки молоденьких моделей-парней заигрывать с ней, была счастливо замужем за их директором, но при этом не смешивала личное и рабочее: общаясь в агентстве с мужем только по организационным моментам, и только, покидая, уходя домой после трудового дня, позволяла себе взять его под руку.

Дэвид чуть улыбнулся: но как-то раз в выходной, пробегаясь по набережной, он увидел Саманту в легком сарафане, непривычно заливисто смеющуюся, ведущую за руку девочку лет пяти. Директор, Роджер Кларк, чинно шел рядом, но при этом всегда строгое лицо мужчины на этот раз было мягким. И казалось, он светится изнутри. Заметив Дэвида, они приветливо кивнули и, не останавливаясь, продолжили путь.

У Саманты была потрясающая деловая хватка, именно она находила для агентства и моделей самые выгодные контракты. Дэвид сотрудничал с «BeautyFashion» уже второй год, пришел сюда в отчаянной надежде, даже боясь верить в лучшее. Повезло, один из скаутов* — Пит, старый приятель, знавший Дэвида еще в самом начале его карьеры, поколебался, выслушал, решил рискнуть и дать тому шанс. И теперь, несмотря на часто поступающие предложения, менять агентство Дэв не собирался.

Воспоминания прервал резкий скрип.

— Простите! Тяжелая! — отдышался один из ассистентов, водрузив рядом со стогом пластиковую рыжую корову.

— За второй иди, давно уже пора начинать! — одернула его Саманта и вновь посмотрела на Дэвида. — У тебя усталый и задумчивый вид, — отметила женщина, и в голосе ее чувствовалась неподдельная забота: своим подопечным она запрещала работать на износ, всегда старалась, чтобы нагрузки хоть и были большими, но не стали для них непомерными. Конечно, Саманта не могла оградить их от всего и тем более постоянно контролировать, но старалась делать всё возможное в ее силах.

«Скажу почему, не поверишь», — мысленно вздохнул Дэвид, но вслух еще раз заверил, что всё хорошо и он готов приступить к съемкам, и в подтверждение своих слов даже сунул колосок в рот: противный пластик, совсем не тот вкус, как у настоящего.

– -

*Скаут — сотрудник, занимающийся поиском новых лиц, приводящий их в модельное агентство.

– -

Заслуженный ланч он решил провести в кафе на свежем воздухе. Спокойно попить кофе, закусить круассаном, обязательно заказать стейк.

«Сон, как же, — думал Дэвид, — разве бывают они такие реалистичные, всё чувствуешь, всё ощущаешь. Ну и что, что Зизи говорила про волшебство и предупреждала о подобном. Надо же, как хорошо я помню вчерашний бред. Она точно говорила, что я буду чувствовать голод и прочее, что не отличу этот сон от яви. Так и с ума сойти недолго. Надо перестать думать об этом. Вечером я вернусь домой, найду злую и голодную фею. Пиццу-то вчера и за нее доел. Даже сока в стакане не осталось. Дэв, прекрати, никого ты не найдешь».