Шрифт:
«Наверно, напугала я этого бедолагу. Ой, а у него небольшие порезы виднеются. От осколков, похоже. Как стыдно, что в груди колет. Но что мне теперь делать? Сколько пройдет дней, пока моё волшебство наберет силу, пока я окрепну? Крыло болит не сильно, а вот нога».
На глазах феи навернулись слезы, плечи опустились.
— Эй-эй, ты чего? — засуетился мужчина. — Больно так, да? Погоди.
Подорвавшись, Дэвид отбежал, но вскоре вернулся с упаковкой льда. Достал одну. Приподняв решетку, очень-очень осторожно опустил льдинку фее и тут же поспешил закрыть верх обратно.
— Приложи, — пояснил он.
Дэвид не был врачом, однако немного об оказании первой помощи при ушибах и растяжениях знал.
Взгляд феи всё еще оставался изумленным, но теперь к этому добавилась благодарность: искренняя, как у ребенка.
— Меня зовут Дэвид Стронг, — вновь сев на табуретку, представился он.
Да это было весьма странно и сумасшедше вот так говорить с феей, но страха он не чувствовал. Интерес, любопытство — да. Но кричать, хвататься за голову и сподручные предметы не хотелось. Маленькая фея была так похожа на тех, про кого он читал в детстве, в сказках. И, судя по всему, никакой опасности она более не представляла — что ее волшебство как-то не так работает, а то и вовсе не работает, яснее ясного.
— Ты сейчас находишься в городе Нью-Йорк, в Соединенных Штатах Америки, на планете Земля. Ты знаешь, что такое город? И кто такие люди?
Фея тут же одарила его самым мрачным взглядом. Ноге от льда стало чуть легче, но за кого этот недолго_живущий ее принимает.
«Прояви снисхождение. Они же так мало знают», — тут же укорила она себя.
— Я знаю всё о странах, городах и людях, — несколько высокомерно произнесла она, хоть и застыдила себя за это, но сменить тон было крайне сложно. — Я даже говорю на твоем языке, мужской человек, и говорю так, чтобы ты меня слышал.
Фея нахмурилась и замолкла.
«Мужской человек — ну что я несу! Бред во имя пыльцы! Надо сгладить ситуацию. Дэвид — красивое имя».
— Приятно познакомиться, Дэвид Стронг, — кивнула она. Настроение у этой феи, кажется, менялось сиюминутно, но это забавляло, а не злило. Мужчина улыбнулся.
— А кто ты? — напрямую спросил он.
Фея явно колебалась, не спешила с ответом. Но все-таки, подумав, подтвердила его предположения.
— Да, мы существуем. И иногда приходим в ваш мир, — размывчато пояснила она, избегая деталей. — И всё про него знаем.
— А имя у тебя есть? Как мне к тебе обращаться?
Фея чуть прикусила губу.
«Ладно, тем более, кажется, я застряла в его квартире».
— Зефирка, или Зефира — вежливо кивнула она, как будто здороваясь, а мужчина, чуть «подхрюкнув» несколько раз, внезапно согнулся пополам от смеха.
Глава 4
— Зефирка! Ой, я не могу, — хохотал Дэвид, это конечно было весьма нетактично, но какой тут такт, когда всё — приехали — теперь точно — он повредился рассудком.
— Мы издревле наблюдаем за людьми, помогаем им, не всегда, лишь в определенных случаях. И поэтому берем в имена то, что им нравится. Всем ведь нравится зефир, — высокопарно заявила фея.
— На самом деле, нет. Многие не любят сладкое. Я скорее предпочту солёную рыбу. У вас есть фея Селёдка? — не мог остановиться Дэвид.
«Повезло, так повезло. Безумие, но зато вон какое веселое», — пытался сохранить он остатки здравомыслия и сарказма. Думая, если и сошел с ума, то интересно, от чего именно. Некачественные сигареты? Так вроде всегда такие курил, в последней пачке штуки три остались — такого эффекта раньше не было; вино последний раз пил несколько дней назад, на званном ужине, и то скорее — пригубил. Может, на работе, что в еду\воду подмешали?
«Карл Фловерсон — он давно меня подсидеть хотел. Сердился, что лучшие контракты мне достаются, — размышлял Дэвид. — Так, ты работай, как я, а не прохлаждайся ночи напролет в барах».
Соперник-Карл вполне мог сотворить нечто подобное. Он не раз приходил утром в темных очках, пряча покрасневшие глаза. Один раз Карла чуть не выгнали — заявился в середине рабочего дня, кричал и обвинял всех, что те недооценивают его, чуть не разбил фотоаппарат Рона, замахнулся на девушку-ассистентку — Дэвид тогда успел один его удар перехватить. Ох, и поднялся же тогда скандал в прессе. Все таблоиды об их «драке» писали, смакуя подробности, особо умные даже приписали теорию, что у обоих мужчин был роман с той самой ассистенткой. Не сразу всё утихомирилось. Карла потом на принудительно-добровольное лечение отправили.
Зато продажи одеколона, съемки рекламы которого шли в тот день, знатно подросли. Маркетологи не растерялись — велели синяк, что Дэвид получил, красиво обработать, подчеркнуть, костюм соответствующий подобрали, и выпустили те рекламные фото со слоганом: «Аромат для настоящих бойцов».
Карл после лечения вернулся смирный и покладистый. Второй шанс ему дали. Но это не отменяло того факта, что зависать по ночам он не перестал, разве что делал это теперь реже, и, конечно, не отменяло того, что с Карла станется раздобыть «волшебных пилюль», незаметно подсунуть их Дэвиду. И вот результат — сидит, крыльями машет.