— Ты что, издеваешься? — она облокотилась на стол и нависла над Федором. — Я все знаю! Это… Это бизнес моего мужа! Мне Барс сказал! Это ведь ты, да? Ты хотел его продать Барсу?

— Барс, ягуар, морской котик… Анют, у тебя слишком богатое воображение, — Федя нагло усмехнулся. — Это. Мое. Казино.

— Ложь! — взвизгнула Анна и кашлянула, чтобы вернуть голосу нормальную тональность. — Ложь. Ты уволен. Уходи, иначе я…

— Да-да, — Федя скрестил руки на груди и изобразил крайнюю степень заинтересованности. — Иначе ты — что?

Она замерла. Что она, в конце концов, могла сделать? Ей принадлежала химчистка— и только. Федор ведь не один. Охранники, Молот, куча народу в игровом зале… Это ведь не домашняя вечеринка Савы. Тут нельзя просто войти, выключить музыку и громко сказать: «Все по домам!» Что толку от того, что она реальная наследница казино? Не в полиции же защищать права! Хотя нет. Как вариант, можно было бы прийти к Вене и честно выложить про весь этот притон. И может быть — в порядке чуда Господня, если только — он бы даже подключил связи и сделал так, чтобы она по этому делу прошла исключительно свидетелем. Но Барс?! Как тогда выплачивать долг ему?..

— А теперь послушай меня внимательно, — сквозь притворство на лице Феди проступила злоба. — Я пытался быть терпеливым. Нянчился с тобой из уважения к Игорю. Но ты перешла все границы.

Анна машинально сделала шаг назад, нервно сглотнула.

— И что это значит?

— Теперь тобой будет заниматься Химик.

— И? — из последних сил она вытянула позвоночник, храбро выпятила грудь колесом. — Меня должно это напугать?

— Не знаю, — Федор пожал плечами и взялся за телефон. — Но в девяностые одного упоминания его имени хватало, чтобы люди покрепче твоего начинали молиться и писаться под себя… Алло, Химик? Ты где сейчас? Ах, с ребятами… — Федя хищно улыбнулся, не сводя с Анны пристального взгляда.

— Нет… — пробормотала она. — Только не Сава…

— Наша вдовушка плохо себя ведет. Разберешься с проблемкой?..

Не помня себя, Анна кинулась к лифту. Химик. Господи, он ведь казался таким интеллигентным… Кличка! Вот, что должно было ее насторожить. Кличка была у Барса, и ведь не за кошачью же грацию!

Анна жала на кнопку лифта, а в голове мелькали одна за другой страшные картинки. Цех химчистки без камер и свидетелей, Сава и Вася, привязанные спина к спине. И Химик приближается к ним со зловещим шприцем в руках… Нет. Не шприц — иначе бы кличка была какая-нибудь… Ну, Доктор или Айболит. Или Хаус, хотя в девяностые Хауса еще не было. Не шприц, а канистра с бензином или… О, господи, кислота!

Споткнувшись, Анна вылетела из лифта, пронеслась мимо Молота, который даже от сканворда не успел оторваться, с грохотом ворвалась в цех. Все, как в ее воображении! Голые бетонные стены, страшные, обшарпанные, мерцающая лампа, ковры… Безжизненное тело Васи на полу, Сава держит его голову, в ужасе смотрит на Химика, а тот нависает над ними…

— Не трогай! Не смей! — Анна ураганом накинулась на убийцу, сумочкой хлестая, куда глаза глядят.

Отбросила сумку, перешла на кулаки, оттолкнула бездушное чудовище, градом ударов обрушилась на него. Химик не шевелился. Ни звука не произнес. Просто терпел, пока терпение не иссякло, а потом ловким уверенным движением перехватил ее руки, завел ей же за спину. Анна оказалась в ловушке, прижатая к жесткому поджарому телу. Черные глаза за стеклами очков сердито поблескивали.

— Пусти!.. — прохрипела она, чувствуя, что легкие вот-вот разорвут грудную клетку. — Зачем ты… убил его?!

— Теть Ань, вы чего?.. — послышалось сзади, но Анна не собиралась сдаваться. За детей? Зубами разгрызет сонную артерию, если понадобится!

— Подожди, Вась, — пробормотала она и дернулась в руках Химика. — Пусти!.. Ты, мерзкий убий… — осознание накатило на полуслове. Анна вдруг обмякла. Почувствовав это, «мерзкий убийца» ослабил хватку, позволил обернуться.

Вася уже сидел, поправляя очки, Савелий, уронив челюсть, молча наблюдал за спектаклем.

— Мам?.. Это че сейчас было вообще?..

— Я… — она спешно отскочила от Химика, суетливо расправила блузку, пригладила волосы. — Подумала, тут проблемы… Вась, почему ты на полу?

— Да так… Душно было…

— Душно! — Савелий хохотнул. — Шлепнулся в обморок, как девчонка! Шуток не понимает…

— Сава, какие шутки? — нахмурилась Анна.

— Да Химик… Дмитрий Иванович, в смысле. Ну, Васек спросил, откуда все-таки кличка. А он такой: «Людей растворял в девяностые». Этот сразу чпок — и откинулся, я только вон башку поймал. У Васька вечно с шутками напряг. Не вдупляет…

— А что, кто-то шутил? — тихим голосом киношного маньяка вмешался Химик.

Васек тут же побледнел, и даже Сава слегка подрастерял веселость.

— Хватит, — отрезала Анна. Она сама не до конца поняла, шутит Химик или делает чистосердечное, но она своим примером должна была показать детям, что бояться нечего. Даже если у самой будто жидкий азот впрыснули в позвоночник. — Я же просила забрать ковры! Почему все так и лежит?

— Так это… — Сава пожал плечами. — Тяжелые. Мы их туда-сюда, и с двух сторон, а они в середине проваливаются…