Заорал, ощутив ужас свободно льющейся силы, смутно слыша ответное ржание коней, плеск падения тяжелых тел в грязь. Скакуны и наездники свалились кучей. Вопли всадников заглушил утробный рев пламени. Он лишался чувств, сознание и сам рассудок рвались в клочья под напором поразительных энергий.

– Вы сломили их!
– торжествующе крикнул Буэлл.

Кто-то заорал: - В атаку!
– и тут же телега подскочила и качнулась, налетев на камень или попав колесом в яму; он ощутил, будто летит. И не успел почувствовать смачный шлепок, с которым покатился среди бритвенно-острых стеблей травы.

Шум пробудил его. Шум и вонь густого дыма. Маг онемел, в глазах темнело и двоилось. Лязг мечей, вопли и ругань, отчаянное пыхтение - вокруг шла схватка. Он заморгал и понял, что сидит, прекрасные недавно одежды порваны в клочья и запачканы, рука бессильно повисла вдоль тела. Спина прижалась к днищу перевернутой телеги. Вокруг скучились шестеро солдат, Буэлл стоял рядом, накладывая стрелу и озирая поле.

Показался лейтенант с мечом наголо, темный плащ изрезан, кровь течет по кольчужному рукаву.
– Охранять мага!
– крикнул он и обернулся, принимая стойку. Буэлл пустил стрелу, солдаты побежали навстречу атакующим канезцам. Те, уже пешие, размахивали тонкими саблями. Позади виднелась прерия, обугленные тела лежали в огне.

Схватка то отдалялась, то близилась; Буэлл наложил еще одну стрелу. Женщина-разведчица встала над Шелком, готовя ножи против нападающих канезцев.

Полное безумие! Ошеломленный Шелк попытался встать. Буэлл повалил его, нажав рукой на плечо.
– Отдыхайте, сэр. Сделали что нужно. Вот уже не верил, а вон оно как. Хотя и против оставшихся нам приходится трудно.
– Солдат ухмыльнулся и выплюнул полный рот жвачки, поднял тугой лук.

Канезцы явно оказались искусными фехтовальщиками, ибо побеждали солдат Хенга одного за другим. Венаралан упал, раненый в лицо. Последние защитники рванулись вперед; зазвенел последний арбалет, метательные ножи нашли цели. Строй разбился, противники сошлись в поединках, рубя и коля, оттесняя и отступая, прыгая и танцуя в клубах пыли, ломая высокую траву. Густой белый дым заползал повсюду, мешая Шелку видеть. Впрочем, он и так понимал, что дело выходит грустное и безнадежное.

Маг снова попытался встать.
– Нет!
– крикнул он.
– Сдаемся! Сдаемся!
– Увы, он был так слаб, что голос казался хриплым карканьем.

Канезский кавалерист прорвался, устремившись к Шелку. Буэлл не шевелился, тщательно целясь, хотя до врага можно было достать рукой. Стрела вошла кавалеристу в грудь, однако он успел рубануть возчика по плечу и шее. Буэлл упал, горячая кровь залила Шелку лоб; он тоже повалился. И канезец упал на спину - на таком расстоянии стрела пробила кольчугу.

Последние солдаты - хенганцы гибли, стеная от боли и зажимая распоротые животы; в живых осталось всего пять канезцев. Они безжалостно рубили плохо защищенных разведчиков, даже тех, что бросили оружие и молили о пощаде. Двое подошли к Шелку.
– Сдаюсь!
– закричал он беспомощно. Последняя разведчица, почти девчонка, перехватила выпад сабли коротким ножом и опустилась на колени, резанув вверх - через сапог и кожаные брюки, под кольчугу, достав до самого паха. Мужчина повалился, испустив фонтан крови.

Второй копейщик содрал ей скальп одним движением, показал кровавый клинок Шелку. Тот смотрел не моргая, думая лишь: "Что за бесполезная смерть..."

Что-то ударило копейщика в спину, он умер с удивлением на лице; из груди вышел треугольный наконечник арбалетного болта. Солдат встал перед Шелком на колени и упал лицом вниз. Пораженный Шелк поднялся, держась за край телеги. Все поле было покрыто павшими, людьми и лошадьми, всюду поднимался дым. Линия пожара зашла на холм, коптя высокое синее небо.

Его окружили новые всадники. Эти не носили густо-зеленых мундиров Итко Кана, на них были красные плащи Багряной Гвардии. Подошла женщина в длинной кольчуге того же кровавого цвета. Рука небрежно сжимала арбалет.
– Городской маг Шелк, полагаю?
– сказала она, на оливковом лице расцвела улыбка.

Шелк не смотрел на нее, озираясь, с трепетом следя, как жалкая горстка выживших хенганцев пытается встать на ноги, зажимает раны.
– Мой отряд...
– выдохнул он в ужасе.

– Поздравляю, вы победили.
– Она вскинула тяжелое оружие, кладя на плечо.

Потрясенный взгляд мага переместился на бесчувственную наемницу.
– Вы были рядом...
– он почти подавился,- пока моих людей...

– Мы думали, ваша магическая выходка решила всё.
– Она ткнула сапогом мертвого копейщика.
– Но Элита Кана дерется как дьяволы. Им слишком нужны были ваши повозки.
– Она присела рядом с разведчиком, стащила перчатку и пощупала пульс на шее.
– Этот будет жить. Лютен!

– Вроде как занят!
– отозвался какой-то мужчина.

Выругавшись, женщина запихала перчатки в рукава и начала снимать пояс с убитого. Шелк пошатнулся, встав рядом.
– Вы вмешались так поздно? После всей резни? Вы смотрели...
– Он не мог продолжать. Ужас и гнев стиснули горло. Кислая желчь грозила потечь из пересохшего рта, сердце колотилось, стиснутое некоей жуткой рукой. Глаза смыкались, не в силах вынести вид изрубленных трупов, вывороченных внутренностей - он был слишком близко к...