– В тебе всегда был этот нездоровый пафос, - хмыкнул инспектор.

– Ты про тот случай, когда я не желал сдаваться за украденную кастрюлю жареного картофеля для администрации приюта?

– И это тоже. Впрочем, чего еще ожидать от вора.

– Отлично, Сирил. Мы плавно перешли к оскорблениям, - рассмеялся Маркус. – Так чем я могу тебе помочь, братец? Не думаю, что твоему начальству понравится тот факт, что ты поддерживаешь контакт с преступником.

– Увы, я вынужден это делать, - по серьезному голосу инспектора, Маркус понял, что тот не шутит, а потому тоже отбросил маску безразличия.

– В чем дело?

– Выгляни в окно.

– Что?

– В окно выгляни, - чертыхнувшись, мужчина подошел к окну сбоку и осторожно приоткрыл тяжелую штору. Внизу, на мокрой от дождя дороге стоял инспектор, держа в одной руке зонт, а в другой мобильный телефон. – Привет.

– Блядь, - прошептал Маркус.

– Прости, что я вывел тебя из душевного равновесия. Я в курсе, как ты относишься к ругани, но вынужден напроситься в гости. Здесь прохладно, а носки уже влажные и хлюпают, - ответил Сирил, слегка улыбаясь.

– Заходи. Я открою ворота, - пробурчал Маркус, быстро пересекая комнату и подходя к висящему рядом с дверью белому пульту с тремя рядами кнопок.

– Премного благодарен, Морис.

Сирил Вилар почти не изменился. Он по-прежнему сутулился, носил светло-коричневое пальто и дурацкую шляпу, с которой на пол падали редкие капли воды. Не менялся лишь взгляд инспектора. Все тот же цепкий, внимательный, настороженный. Как и рукопожатие, которым он одарил брата, когда тот открыл дверь, впуская Сирила внутрь своего роскошного дома.

– Сними пальто, будь добр, - тихо произнес Маркус. – И ботинки вместе со шляпой тоже лучше оставить здесь, пока ты не залил французским дождем дорогой ковер. Тапки в ящике рядом с тобой. Не стесняйся.

– Был бы благодарен за чашечку горячего кофе, - ответил инспектор, скидывая пальто и оставаясь во вполне приличном костюме черного цвета.

– Уж будь благодарен, - буркнул брат, отправляясь к небольшому бару, где стояла кофе машина, а на стеклянных полочках покоились бутылки с элитным алкоголем. – Падаешь, как снег на голову. Толком ничего не говоришь. И многозначительно сверкаешь глазами.

– Прости, Морис. Обстоятельства были против нас…

– Против тебя, ты хотел сказать, - откликнулся Маркус, звеня стаканами. – Сахар?

– Две чайных ложки, будь добр.

– Сливки?

– Нет. Просто черный кофе. А где, кстати, твоя супруга?

– В душе. Она тебе явно не обрадуется. Видишь ли, мы не любим незваных гостей. Да, Сирил. Даже если это собственный брат, - съязвил Маркус, возвращаясь к кожаному дивану с подносом, на котором стояла чашка с дымящимся кофе и хрустальный бокал, наполненный янтарной жидкостью. Пробурчав что-то себе под нос, он убрал со столика мешочек с драгоценными камнями, но от взгляда инспектора это не укрылось.

– Надеюсь, камни чистые, Морис?

– Словно слеза миссис Ажа, которую та выдавила из своего глаза, когда меня пороли за кражу той самой картошки, Сирил.

– Отрадно слышать, - кивнул инспектор, присаживаясь на диван и беря в руки чашку с кофе. Сделав осторожный глоток, он расплылся в улыбке и подмигнул брату. – Великолепный сорт.

– Знаю. Для тебя и держал, - улыбнулся Маркус, наслаждаясь лицом Сирила. – Что? Не ожидал, прославленный сыщик старушки Британии? Я был в курсе того, что рано или поздно ты меня найдешь. А хороший кофе всегда должен быть в доме. Помогает приводить мысли в порядок, знаешь ли.

Маркус поменялся в лице, когда на пороге комнаты появилась удивленная Лара, закутанная в белый махровый халат. Девушка ехидно посмотрела на своего благоверного, а затем коротко кивнула инспектору, получив такой же короткий кивок в ответ. Сирил привстал и, дождавшись, когда Лара сядет рядом с Маркусом, вновь вернулся на диван.
– И что это, блядь, такое? – спросила девушка, ткнув супруга в бок локтем. – Стоит жене отправиться в душ, как чипиздик начинает таскать домой легавых.

– Ты знаешь, кто такой Сирил, - поморщился Маркус, массируя бок. – А его появление даже для меня стало сюрпризом, милая. Хочешь верь, а хочешь нет.

– Верю. Два яблока одной яблони, ёб вашу мать, которую я не знала и знать не желаю. Чем обязаны, Сирил?

– Как раз об этом я и хотел поговорить, но попрошу у вас несколько минут, дабы насладиться этим прекрасным кофе, - улыбнулся инспектор, делая еще один глоток. – Удивительный напиток. Чуть горьковатый, но явно дарящий жизнь, галопирующую по венам, словно призовой английский жеребец.

– Твой братец любит выкидывать деньги на дорогую жратву. Вчера он долго блевал в туалете, когда решил съесть какого-то редкого моллюска. Сказал, что на вкус он, будто престарелая пизда монашки, которую никогда не посещал мужик.