Шрифт:
– Не говори со мной больше на эту тему!
– Кенди надула губы и отвернулась.
– Понимаешь, Кенди, - говорил Терри.
– Сцена это весь мир в миниатюре. Мир, наполненный сладкими мечтами.
– Я ни разу не видела Терри таким воодушевленным. Он никогда еще не говорил со мной так красиво.
– Подумала Кенди и немного погрустнела.
– Вот сейчас он похож на того, кого я никогда не смогу забыть. Энтони. У Энтони были такие же глаза, когда он говорил со мной о своих розах. Энтони...
– Что? Ты что-то сказала?
– Нет, ничего.
– Кенди встала.
– Тебе показалось.
Терри посмотрел на нее, но ничего не сказал.
* * *
Двое приближались к вилле Гранчестров.
– Кенди, - предложил Терри, - ты не хочешь выпить со мной чашку чая?
– Как, Терри, ты умеешь заваривать чай?
– спросила Кенди.
– Никогда бы не подумала.
– Конечно, - ответил Терри.
– Почему нет...
Элеонора Бейкер опять стояла и смотрела на окна виллы.
– Терри...
– Кенди посмотрела на своего спутника.
Терри нахмурился и подбежал к ней.
– Мама, почему ты продолжаешь ходить вокруг моего дома?
– Перед тем, как вернуться в Америку, мне обязательно надо поговорить с тобой.
– Возвращайся! Я не хочу с тобой разговаривать!
– Терри...
– Кенди посмотрела вниз по реке. Там было несколько человек.
– Терри, - тихо произнесла Кенди.
– сюда идут люди. Открой нам, пожалуйста, дверь.
* * *
– Терри, - говорила Элеонора отвернувшемуся сыну.
– Пожалуйста, выслушай меня, наконец.
– Замолчи. Ты для меня чужой человек.
– говорил Терри сквозь зубы.
– У меня уже давно нет матери.
– Пожалуйста, пойми меня, Терри... Все это не может больше так продолжаться...
– В тот год в Америке была суровая зима...
– напомнил Терри.
– Но ты была еще холоднее... Ты даже не захотела поговорить со мной, когда я пришел к тебе в театр... Я потом стоял и ждал тебя у выхода...
– Прости меня, Терри! Прости меня!
– слезы лились из глаз Элеоноры.
– Всю дорогу в Америку я представлял себе, какой теплой будет наша встреча...
– Терри опять отвернулся.
– Я потом бежала за тобой, звала тебя...
– Я не хочу выслушивать твои извинения. Уходи отсюда! Уходи навсегда!
– Прекрати! Прекрати это!
– раздался звонкий голосок. Кенди стояла у дверей с подносом и чашками.
– Терри, ты ведь благородный человек.
– Я благородный человек?
– Не надо лгать самому себе. Ты ведь очень любишь свою маму, я знаю.
– Люблю свою маму?
– Терри отвернулся.
– Не смеши меня.
– Кенди поставила поднос на стол и взяла книгу.
– Посмотрите сюда.
– Моя книга...
Кенди подошла к Элеоноре.
– Я уверена, что Терри выучил ее наизусть.
– Я просто не успел ее выбросить!
– Что бы он ни говорил, но вас связывают кровные узы. И от этого Терри никогда не сможет отказаться.
– Терри...
– Послушай, Кенди! Не говори мне о кровных узах!
Кенди подошла к окну.
– У меня нет ни отца, ни матери, и всю свою жизнь я старалась не думать о том, кто они и где сейчас...
– Я тоже старался об этом не думать...
– Я никогда не чувствовала себя одинокой, потому что меня всегда окружали заботой мои друзья и учителя. Но в Шотландии... в Шотландии... Кенди посмотрела в окно. Там другие мать и сын вместе работали. Женщина вытерла пот Марку:
– ...Ты, наверное, очень устал, мой мальчик...
– ...здесь в Шотландии, я поняла, что никакие хорошие друзья и учителя никогда не смогут заменить родную мать, и мне очень захотелось, чтобы у меня тоже была мама...
– продолжала Кенди, и ее голос становился все печальнее. Мне захотелось увидеть мою маму, кем бы она ни была... я очень, очень хочу, чтобы у меня тоже была мама!..
Кенди больше не могла сдерживать слез. Она убежала из зала.
– Кенди!
– Терри хотел побежать за ней, но подошел к окну. Там Марк и его мать отдыхали и улыбались друг другу. Элеонора тоже подошла и встала чуть позади.