«Хорошо в голову не попали второй раз», — сняв лопнувшую пластину со скулы размышлял Рихард, — «надеюсь китаец не отправился к праотцам в „Слойкиной“ центрифуге».

Пробравшись по подворотням к старенькому беспилотному такси, позаимствованному на соседней свалке, Рихард открыл багажник и выключил «Слойку», усовершенствованную верными солдатами.

«Возвращаю вашу добычу», — улыбнулся Рихард удачно прошедшему сеансу сокрытия недавних событий, — «надеюсь наблюдать за его бесконечным вращением было интересно».

Лицо напоминающее выбитую местами мозаику уткнулось в поднятый багажник.

— Маршрут построен. Хотите изменить пункт назначения? — поинтересовался вежливый автопилот.

— Вовремя, — буквально вытолкал себя из забытья Рихард и закрыв багажник сел на заднее сиденье.

Лекарства и местные настойки не помогали, Юн задумывалась о необходимости поездки в городскую больницу, но еще до обеда второго дня Нианзу Ли очнулся.

— Как ты сюда попал? — первым делом спросила Юн.

— Долго объяснять, — постарался избежать ответа Нианзу Ли, — Нам грозит опасность...

— Друзья, сегодня у нас важный день! — обратился Батя к присутствующим, — мы с вами переходим к испытаниям в условиях реальности.

Он поправил длинную прядь волос, сбитую на лицо порывом ветра, и рассеянно посмотрел на Костю.

— Ты готов?

— Да, — ответил тот стоя спиной к закату, без рубашки, в синих льняных брюках.

— Готов, Федор Игоревич? — спросил Батя у математика.

— Готов.

— Оператор?

— Готов! — ответил Сыч.

— Ну, что ж, а мы с тобой наблюдаем!

— Да, — согласился Сергей, — вечер-то какой, ребята! Ну, с богом!

Дальнего пологого холма только коснулся оранжевый диск солнца. Продолговатые неплотные облака окрасились в теплые тона желтого и гранатового. Костя, как Христос на фоне стихии — раскинул руки, словно призывая к себе стоящих полукругом: Федору справа, Батю и Сергея напротив, и Сыча слева.

Постепенно перед Костей появилась серая дымка, она увеличилась до размеров пятьдесят на тридцать сантиметров и вскоре наполнилась глубиной.

Федора закрыв глаза, стал говорить:

— Мне надо вспомнить, и представить то, что я знаю настолько, что могу передать безошибочно с закрытыми глазами. Так вот, я помню тот день, когда со мной...

Федора замолчал для чистоты эксперимента. На темном пятне ничего не происходило. Прошло около двух долгих минут. Костя открыл глаза и в этот момент, созданный им экран, обрел голубоватый цвет вверху и желто серый внизу, а посередине ясно выделились две человеческие фигуры — одна выше, другая ниже.

— Смотрите! — закричал Костя, — вы это видите? Это же Федор Игоревич с мамой!

Изображение — на мгновение стало таким четким, что можно было отличить голубое небо от моря, и квадратики на вафельном стаканчике мороженного — в руке у мальчика.

Федор Игоревич с любопытством открыл глаза, внезапно изображение рассеялось, как будто очередной порыв ветра унес с собой воспоминания математика.

— Вы это видели? Вы это видели? — возбужденно спрашивал Костя.

— Да, — ответили, улыбаясь Сергей и Батя.

— Я, конечно, понимаю, что было что-то важное, — почесывая висок Сыч вышел из-за штатива, — только я ничего в объектив камеры не видел!

— Но ты снимал? — строго спросил Сергей.

— Конечно!

— Федр Игоревич, что с тобой? — Батя подхватил пошатнувшегося Федору.

— Что-то мне не хорошо, ребята. Мне бы прилечь...

Все направились назад в лабораторию.

— Главное, чтобы ты снимал, — говорил Сергей Сычу, — а Вася вернется, разберется.

— Что-то он задерживается, — вместо Сыча отозвался шедший впереди Батя, — он нам нужен...

— Он нам нужен, — багровея выговорил директор МИ-6 директору внешнего отдела.

Благодаря новому каналу, щедро сливающему китайские достижения в области уфологии, условности отброшены и очередной сбор руководителей подразделений проходит по адресу Набережная Принца Альберта 85.

«Куклы Вуду тебе в помощь», — мысленно негодовал Энтони Холл.

После покупки "надежного канала" влиятельность Холла заметно снизилась. Теперь его вызывали, как рядового руководителя отдела — одного из семи.