Когда он почувствовал, как ее рука направилась к его ширинке, то выгнулся вперед. Ее теплые пальцы обхватили его член и освободили из оков одеяний. Затем Анжелика наклонилась вперед, и он почувствовал, как ее горячий и влажный рот захватил головку члена.

Рукой он гладил ее волосы, каскадом ниспадающие на спину.

– Анжелика.

Ее имя сдавлено сорвалось с его губ, а затем у Кадина перехватило дыхание, когда она взяла его член глубоко в рот, и он застонал от сильной волны удовольствия. Она обхватила его яички своими теплыми ладонями, и, казалось, член Кадина стал еще больше в размере.

Она полностью вобрала его пенис в рот, его мужское естество скользило по ее гортани. По ощущениям было похоже, словно он был в ее восхитительной киске, поскольку она заглотила его до основания. Анжелика сжала его пенис мышцами гортани, и Кадин громко застонал. Она чуть поперхнулась, поэтому вынула его член изо рта, оставив внутри лишь головку, ее язык ласкал корону его головки, от чего голова Кадина закружилась.

Яички напряглись, и он почувствовал, что оргазм был почти рядом. Она сосала его член, и затем сжимала его в ладони. И он кончил, наполнив ее рот своей спермой.

Что еще больше заставило его возжелать ее.

Когда она выпустила изо рта его обмякший член, он притянул ее к себе, обхватил ее лицо ладонями и припал к ее губам. Затем схватил за талию и поднял, выворачиваясь из-под нее, а после прижал ее тело сверху, когда вновь завладел ее ртом.

Она улыбнулась ему, затем развела в стороны подол юбки, показывая, что на ней не было трусиков. Он стянул с ее бедер пояс, и все монетки и бусины рассыпались по полу, когда он начал ласкать ее киску. Анжелику стало одолевать сильное сексуальное желание.

Он обхватил рукой свой член, который уже опять был твердым, словно камень, и подвел его к ее пылающей и жаждущей вагине.

Анжелика ощутила, как его горячий и стальной член едва коснулся ее киски, а затем проник внутрь. Она задохнулась от сильного удовольствия.

– Да, Кадин. Возьми меня.

Он поцеловал ее под подбородком.

– Это я должен доставлять тебе удовольствие, любовь моя. А не поддаваться своим неотложным нуждам.

Он медленно вышел из нее, а затем неимоверно степенно начал проникать.

– Мои нужды такие же неотложные. Я хочу, чтобы ты взял меня быстро и жестко.

Он кивнул.

– Исполнение этой просьбы я могу гарантировать.

Покинув ее тело, он снова подался вперед, вжимая ее в коврик, который был единственной защитой от холодного и твердого пола. Кадин опять отстранился и вонзился, снова и снова вколачиваясь в нее. Горячая волна удовольствия начала накатывать на нее, и она протяжно застонала.

Она с пылом прильнула к нему.

– Да, Кадин. О боже, да.

Ее накрыло волной оргазма, сильно и быстро, от чего она стала задыхаться. Он продолжал жестко вонзаться в нее пока, в конце концов, не кончил в нее, его семя наполнило ее своим жаром, когда растекалось по ее влагалищу. И Кадин распластался на ней, хватая ртом воздух.

Ей нравилось ощущать вес его тела на себе, она наслаждалась этим. Спустя несколько мгновений он сместился немного в сторону, но не выпускал ее из объятий. Она прижалась носом к его щеке, и он обратил на нее свой взгляд, его горящие глаза все еще пылали страстью.

Она поцеловала его, а его руки еще крепче обвились вокруг нее, когда он углубил поцелуй. Он подхватил Анжелику и отнес на кровать, затем уложил и притянул к себе.

Она прошлась носом по его груди, а затем поцеловала гладкую кожу, туго натянутую на стальных крепких мышцах. Какое-то время они лежали в полной тишине. Анжелика хотела что-то сказать, но не была уверена, в каком расположении духа он пребывал. Она не хотела произнести слов, какие могли разбить ту хрупкую связь, что возникла между ними. В конце концов, он заговорил.

– Удивлен, что ты пришла ко мне.

– Мне... хотелось снова побыть с тобой.
– Она взяла его руку и приложила ее к своей щеке, затем повернула голову и поцеловала его ладонь.
– Хотела опять ощутить твои прикосновения.

Он притянул ее ближе и с нежностью припал к ее губам.

– Я рад.

Она всматривалась в его лицо.

– Прости меня за то, что произошло утром. Я не должна была говорить про...
– Ей не хотелось снова упоминать долг, но она должна была извиниться.
– Я знаю, что мы были близки прошлой ночью. Ты доставил мне величайшее удовольствие, и я знаю, что это никак не связано с оплатой долга. Просто утром я побоялась, что ты мог подумать иначе.