– Юлия, а вы не собираетесь заново строить семью? – мягко спросил Мастер.

– Зачем, – немного нервно сказала молодая женщина. – Беня у меня есть. Понимаете, я всего добилась сама. Я думала, муж будет помощником… опорой… поддержкой. А он, наоборот, получается, просто ещё один дополнительный груз. Максим очень боялся заболеть – гриппом, диабетом, раком. Он выглядел таким сильным, а оказался таким мнительным. Читал какие-то сайты, настаивал чагу и чеснок, медитировал на рассвете. Совсем не удивительно, что он потерял бизнес. Я думала, он хоть сыном займётся. Так нет.

Мастер снова посмотрел на фигурку Бенедикта, ловко бегавшего среди других детей. А было ли у Максима место возле сына? Право заниматься им? Или ему выставляли отлично одетого, накормленного мальчика, говорили: «Займись ребёнком, ты отец, давай подай ему пример». А потом ругали, если вдруг после этих занятий майка ребёнка оказывалась запачканной? В этот момент от неправильного перекоса энергий, от довлеющего Педагогического голоса, скорее всего, у неизвестного Мастеру Максима случался внутренний блок, и он говорил, что занят сейчас.

Возможно, ему хотелось шалить с сыном, а не подавать ему пример. Возможно, ему попросту хотелось жить, а не соблюдать правила однопол(н)ой семьи, сложившиеся задолго до него и Бенедикта.

– И вообще он был размазня, – неожиданно подытожила Юлия. – Маменькин сынок, рос без отца, – и осеклась.

– Мы совсем другое дело, – быстро проговорила Ольга Фёдоровна, подхватывая картину, прикрывающую зияющую дыру в стене благополучной Семьи. – Я педагог со стажем, заслуженный учитель. Мы не допустим никаких ошибок. Бенечка будет настоящим мужчиной. Я знаю, как его растить. Вот только пока маленький, поддержим его здоровьишко, а то у него то животик, то сопельки. Но это бывает, потом малыши перерастают. И вообще, мальчики взрослеют позже девочек, мы его, может, и в школу попозже отдадим.

И Мастер увидел, что на уверенные слова матери-Педагога, женщины, Юлия опирается, как на поддержку Мужчины. Сильная женщина дополняла другую Сильную женщину и незримо конструировала в семье образ Отца и Мужчины. Идеальный, облачный, призрачный образ, потому что мужское – это мужское, и женщины, даже две, не могут его создать по-настоящему…

Но вот он витал. Призрачный Мужчина…

Пример для Бенечки.

Конечно, одинокая женщина может воспитать из мальчика Мужчину, но только в одном случае. И Мастер знал этот вариант.

Когда мама – Женщина!

Классная Женщина!

– Скажите, а в беременность вы думали о том, кого хотите – мальчика, девочку? – спросил Мастер.

– Ой, – ответила Юлия, – я вообще-то хотела двоих. Сначала девочку, как мама, чтобы была старшая сестрёнка второму ребёнку – мальчику.

– С девочкой было бы проще, – снова подала голос Ольга Фёдоровна, – но мы и Бенечке очень рады, правда ведь? Он наше солнышко, наш будущий защитник. Юля, позови его. Там чужие детки, а Беня так легко вирусы ловит. Лучше его пока к чужим деткам не пускать. Нам надо акклиматизироваться. Мы ведь приехали на три недели.

Мастер услышал, что слово «чужие» было выделено и взято словно пинцетом и откинуто куда подальше.

– А строить семью заново, – нервно добавила Юлия, вставая, чтобы пойти за сыном, – я не собираюсь. Не знаю, что вы подумаете, вы психолог, книги пишете, но лучше уж полагаться на себя саму. Когда ты стоишь около пропасти и думаешь, что вот рядом чья-то рука, а она оказывается слабой, слишком легко оступиться и упасть. Понимаете, когда сразу нет поддержки – то не расслабляешься и сама держишь баланс. А когда на что-то рассчитываешь – по-другому идёт усилие и равновесие теряешь. Как-то так. А иметь мужа ради секса – слишком большая цена за секс.

Мастеру была хорошо знакома такая позиция – она встречается довольно часто. Но он, в отличие от таких женщин, не заблуждался на этот счёт. Он знает, на чём стоит такое мнение и к каким проблемам оно приводит.

Юлия бросилась защищать мальчишку от опасных Чужих детей. А Ольга Фёдоровна гордо добавила:

– У нас всё есть. Юленька – успешный предприниматель. У нас есть деньги. Всё, что может дать мужчина, дают деньги. Это главное. Я всегда поддержу её в бизнесе, и видите, даже согласилась оставить работу и сидеть с Беней. Он очень часто болеет. Зачем нам кто-то? Мы сильненькие девочки и справимся сами. Бывает, конечно, тяжело, но ведь поэтому нас и две. Понимаете?

Мастер – Понимал.

И Юлию.

Она хочет быть одна не потому, что действительно хочет, а потому, что к ней такой не подходят мужчины, которых она хотела бы иметь. Чтобы рядом был принц – самой надо быть принцессой. Всё очень просто.

И Ольгу Фёдоровну.

Ей выгодно одиночество дочери – она ни с кем не хочет делить власть и деньги. И деньги. Ей так комфортно. Так она нужна. И получает за свою нужность дивиденды.

И Бенедикта. Особенно – Бенедикта.

У мальчика в такой Семье стоит вопрос острее всего – жить или существовать, или вообще не жить. При таких Маме и Бабушке выйти в жизнь нормальным мужчиной практически невозможно. Мастер понимал, что именно Душа Бенедикта организовала эту встречу для спасения жизни.