Часто Блэйкстоуна можно было увидеть в кафе "Ла Ротонда". Это был высокий человек с черными волосами, зелеными глазами, большим лбом, тяжелой челюстью, офицерской походкой, строгим взглядом и безупречными манерами. Стоит сделать предположение, что он происходит из дворянского рода, что не скажешь о манере одеваться. Носил он светлый костюм, расстёгнутое пальто и кепку. Одним словом, манера одеваться в Ленуаре очень отличалась от моей родной Брилии. Там мы носим очень строгие костюмы, цилиндры, котелки и прочее. А в Ленуаре народ предпочитает, ходит свободно и непринуждённо. Конечно, я не стал менять свою моду, и до сих пор носил черный сюртук и котелок. Люди на меня удивленно смотрели, но я настаивал на своем.

Обычно к Блэйкстоуну обращались для того, чтобы что-то достать. У меня тоже возникла такая потребность. Хозяйка квартиры потребовала повышенную плату. А денег не хватало, и я стал искать себе новое жилье. Искал, но ничего не получилось. Некоторое время ночевал у Михаила и Кэндзи, но они тоже не могли меня принимать. Однажды, осенью, я сижу в Ротонде, а в кафе были только я и Блэйкстоун. Он меня подозвал к себе.

– Я часто вижу вас, здесь, - заговорил он, - Вы ходите вместе с учениками Дюбуа, с Лаврентьевым и Ямамото.
– Я не знаю вашего имени.

– Меня зовут Гарри Ронсон, - ответил я.

– А Ронсон. Вы из Нордстона, если судить по акценту.

– Да, это так. Мой отец имеет частную практику.

– То есть, доктор медицины. Ясно. А вы сами хотите быть художником?

– Сначала я учился на бухгалтера, поработал в банке, и теперь приехал сюда, чтобы стать художником. Я полюбил это с гимназических лет, и решил, что это мой истинный путь.

– Похвально. Было бы интересно посмотреть на ваши работы. Можете заходить ко мне, хоть каждый день. Многие ваши товарищи так делают вопреки Дюбуа...

– Живопись - это настоящее искусство, - случайно перебил я, - А вы занимаетесь...

– Тоже искусством, - продолжил Блэйкстоун, - Вы знаете, многие ваши товарищи тоже так утверждали, а потом увлеклись фотографией. Она становится более доступной. Недавно предприниматель Пайнвуд изобрел целлулоидную пленку, и теперь на нее начинаю снимать. Она более практична, и становится популярной. Даже многие знаменитые люди предпочитают ходить ко мне, чем к Дюбуа. А сам Дюбуа завидует, и говорит всем, что фотография - это зло. Вы сами не хотите попробовать?

– Нет, я верен живописи.

– Ну как знаете...

Мы еще долго общались, пока разговор не зашел по поводу сменного жилья.

– О, вы обратились по адресу, мистер Ронсон. Мой брат-близнец Брендон ищет сожителя на съемную квартиру. Так будет намного дешевле.

– А у вас есть брат-близнец?

– Да, он старше меня на минут двадцать. Мы с ним в очень хороших отношениях. Правда, были отлучены на два года.

– А вы с ним вместе не живете?

– Но это долгая история. У нас отличаются взгляды на работу, быт и прочую чепуху. Поэтому и живем отдельно. Но каждый день общаемся. Вас рекомендовать к нему?

– Это можно, - ответил я.

Встреча с этим человеком изменила мою жизнь.

Глава 3

Брендон Блэйкстоун жил в доме N 3 на рю дю Жакоб, в районе Университета. Это очень милое и уютное место, где можно встретить студентов и профессоров. По дороге попадалось много кафе, библиотек, магазинов, а также студентов со здешних корпусов, и профессорский состав. Не так давно Фракия вышла в лидеры по качеству высшего образования, и много молодых людей захотело получить такие знание, и направились в города Фракии, в том числе и Ленуар. Сами фракийци быстро почуяли запах наживы, и стали открывать библиотеки, кафе, молодежные театры и мюзик-холлы, чтобы привлекать молодую публику, и зарабатывать деньги. Дом N 3 был новым семи этажным. Блэйкстоун снимал двухэтажную квартиру на последнем этаже.

Утром я приехал туда. На входе, в подъезде, ждал меня Ричард Блэйкстоун. Вместе мы поднялись на шестой этаж. Сама квартира была небольшой: мебели немного, в основном письменный стол, кровать, два шкафа, сундук, и целые стопки книг, а на стенах висят шпаги, сабли, винтовки, а также разные географические карты, плакаты, картины.

Сначала оказались в небольшой передней, а потом пришли в гостиную. Она была обставлена мебелью из красного дерева, а посреди комнаты стоял огромный стол. За столом пили чай мадам Пивет, сорокалетняя фракийка с красивой фигурой, черными волосами и карими глазами, она была хозяйкой квартиры. А вторым человеком оказался Брендон Блэйкстоун. Он, как две капли воды похож на своего брата.

– Привет, Брендон, - представился Ричард, подавая руку.

– Привет, Ричард, - пожал руку Брендон.
– Как жизнь?

– Все как всегда. А у тебя?

– Так, ничего особенного. Дела, дела и еще раз дела. Привел своего соседа?

– О да.
– Ричард подозвал меня, - Это Гарри Ронсон, начинающий художник.

Мы обменялись рукопожатием с Брендоном.

– Вы уверены, что вы художник, - спросил Брендон.

– Да, а что такое?

– Одеты вы не как художник, а как уважаемый джентльмен из Нордстона.