Кохабар уже выставил впереди себя ладонь, ожидая того, что Тролль, которому чужды проявления вежливости, не станет придерживать дверь ради него, но тут же понял, что насчёт этого существа он ошибся. Привратник, войдя, не только придержал дверь, но и сделал неуклюжий приглашающий жест своей волосатой лапищей. Правда он при этом ничего не сказал и смотрел куда-то в сторону, да и сам этот жест был наполнен сарказмом и еле скрытым пренебрежением к гостю, но, в то же время, Кохабар вспомнил о своей маленькой армии гордых чудовищ, подобных этому, и подумал о том, что ему самому никогда не удавалось добиться такого повиновения от своих наёмников, а уж чтобы сделать одного из них слугою — так об этом вообще не могло быть и речи.

— Вытирайте ноги! — пробурчал Тролль, указывая Кохабару на ковёр, начинавшийся прямо за дверью, а заканчивающийся у подножия широкой роскошной лестницы, ведущей на верхние этажи дворца.

Кохабар заметил, что край ковра заметно замызган и затёрт. Видимо все входящие были обязаны очищать свои сапоги и ботинки именно в этом месте. В любое другое время и в другом месте Кохабар глубоко возмутился бы этому, унизительному для него, приказу, но здесь Маг был гостем, а Запределье — не Мазергала, здесь у него было много врагов, да к тому же он имел огромное желание заполучить плиту из лефита... В общем, всё это вкупе заставило Кохабара на время забыть о том, что он — один из сильнейших Магов Мазергалы. Он покорно пошаркал подошвами своих высоченных сапог-ботфортов о край ковра, оставив на нём несколько мокрых полос.

"Если б не лефитная плита, — думал Кохабар, крепко сжав челюсти и злобно косясь на Тролля, — я оторвал бы тебе голову, придурок! Если бы ты знал, что жив ещё лишь благодаря моему безмерному терпению, ты бы несказанно радовался и, прыгая по этому залу, сочинял бы для меня хвалебную оду!".

Тролль, не проронив ни слова, направился к лестнице, и Кохабар, закончив унизительную процедуру вытирания ног, заспешил вслед за ним. Мягкий ковёр заглушал звук шагов и Кохабар, оглядываясь по сторонам, всё более утверждался во мнении, что его Летающий Замок, по сравнению с дворцом Зембильды — просто мрачный сарай...

Несмотря на то, что здесь не было ни одно факела, а за окнами из-за непогоды царил вечерний полумрак, внутренние покои дворца Зембильды были хорошо освещены. Потолок и стены были покрыты зеркалами, в которых Чёрный Маг и его провожатый отражались бесчисленное количество раз. Статуэтки драконов, а также прочих летающих и ползающих тварей, расставленные и прикреплённые к стенам в разных местах дворца, многократно отражаясь в зеркальном сумасшествии, заставляли Чёрного Мага оборачиваться то налево, то направо. Кохабар не привык к такому изобилию мелких предметов.

"Что тут поделаешь?! Женщина — она и есть женщина, будь она хоть трижды волшебницей!", — размышлял Маг, с ухмылкой разглядывая статую обнажённой девушки с великолепной фигуркой, выполненную в полный рост. Кохабар поднимался по лестнице вслед за Троллем и увидел это творение рук неизвестного мастера в углу площадки, располагавшейся между первым и вторым этажами.

Маг остановился, любуясь замечательной скульптурой. Созданная из иссиня-чёрного камня статуя изображала девушку, которая воинственно сжимала в одной руке острозубую молнию, а в другой руке — меч, занесённый для удара. На мгновение Кохабару показалось, что каменная девица с длинными распущенными волосами сейчас ударит его своим мечом, и он даже сделал шаг назад, хотя и понимал, что по сути, это — самый обыкновенный кусок камня и волшебства он в себе не несёт.

"Да-а-а... — подумал Кохабар. — Рука мастера бывает порой сильнее руки волшебника. Есть во всём этом какая-то неведомая мне сила, заставляющая иногда поверить в то, что творения скульпторов и художников вот-вот оживут! Искусство — что тут говорить!".

Рассматривая статую, Кохабар на миг забыл о своём проводнике. Слуга-Тролль остановился на лестнице, ожидая гостя, и когда Кохабар поднял голову, то увидел, что морду Тролля искажала снисходительно-издевательская гримаса.

"Ну, надо же мне было... — укорил самого себя Кохабар. — Вот позор-то! Великий Маг Мазергалы стоит, как последний дурак и пялится на голую девку, будто он их в жизни никогда не видел! Этот болван-Тролль, наверняка, еле сдерживается от того, чтобы не свалиться с лестницы от хохота!".

Кохабар решительно направился вверх по лестнице, вслед за Троллем, который, увидев, что гость перестал созерцать скульптуру, возобновил движение.

Эта статуя изображает нашу госпожу Зембильду, — не оборачиваясь, прорычал Тролль. — Она — красавица! Кто бы ни вошёл, все становятся перед этой статуей в стойку, словно голодные кобели!

Кохабар стоически промолчал, подавляя желание броситься на шутника-циника и растерзать его. Он лишь затаил злобу и поклялся при любом удобном случае рассчитаться со слугой Зембильды за эту обидную реплику.

Тем временем они поднялись на второй этаж замка, и провожатый Кохабара направился к закрытой двустворчатой двери из жёлтого дерева, откуда слышался многоголосый гомон, смех и звон бокалов. Эти звуки явно указывали на то, что за этой дверью идёт пир и что празднество, причина которого пока что оставалась загадкой для Мага, сейчас в самом разгаре.

Взявшись за позолоченную ручку, Тролль открыл эту дверь и на этот раз всё-таки пропустил вперёд Кохабара, и, лишь когда тот вошёл внутрь, последовал за ним.