– Пойдём на улицу, - он выводит меня на солнечный свет, и мы идём к свободному месту на газоне.
– Давай присядем.

Двигаюсь вместе с ним, по-прежнему сжавшись в его объятиях. Мы медленно опускаемся на землю. В отличие от остальных, он не спрашивает: почему я плачу, почему сорвалась. Он не вмешивается, позволяет мне самой справиться с болью. Он качает меня, напевая успокаивающую мелодию.

Мы просидели так не менее часа, а потом Хью делает то, что делал каждый до него. Он всё рушит.

Глава 15

Он

– Пожалуйста, скажи мне, что с тобой произошло, - умоляю я.
– Я видел тебя в самолёте из Балтимора, ты была в разорванном свадебном платье. Пожалуйста, расскажи, и я попытаюсь тебе чем-нибудь помочь. Я чувствую себя бесполезным, ничего не зная.

Даже несмотря на то, что я не очень хорошо знаю эту девушку, у меня есть сильная потребность защитить её.

Ши замирает в моих объятиях и отстраняется так, что наши глаза находятся на одном уровне. Сначала я думаю, что она собирается открыться и наконец поделиться правдивыми фактами из своей жизни, но она произносит не те слова, которые я ожидал услышать.

– Я не могу. Просто не могу.

Она встаёт, забирает сумку и очень быстро уходит, шагая к ближайшей улице через парк.

– Ши! Вернись!

Я снова бросаюсь за ней, перевешивая фотоаппарат со спины, где он висел до этого, на грудь, так, чтобы держать его рукой. Не могу смириться с мыслью о том, что не знаю, увижу ли её снова. Точно такое же чувство у меня было вчера, когда она ушла от меня. В тот момент, когда она меня покинула, в груди появилась тяжесть, вызывая всю большую и большую боль. Мне нужно снова с ней увидеться. Я хватаю Ши за руку около открытой задней двери такси, когда она уже собирается сесть в него.

– Пожалуйста, не уходи. Мне жаль, что сказал что-то не то. Я просто хочу помочь.

– Ты не можешь помочь. В этой сложной ситуации никто не может помочь!

Она отдёргивается, а я, с сожалением, в очередной раз отпускаю её. Выражение её лица передаёт чувства намного лучше, чем слова. Эта девушка разбита. Но кто я такой, чтобы думать о том, что смогу восстановить её? Я, возможно, такой же разбитый или даже хуже, хотя по некоторым причинам я бы отдал всё на свете, чтобы она почувствовала себя лучше.

Звук закрывшейся двери отрывает меня от лучшего, что случилось со мной за все годы. Мои плечи опускаются, принимая поражение.

– Чёрт!
– я кричу так громко, что люди вокруг вздрагивают. Мне не нравится, как они смотрят на меня. Я колоссально облажался. Мне следовало уяснить то обещание, которое мы дали друг другу в первый день: не быть самими собой, быть скорее улучшенной версией себя. Но когда я увидел, как она плачет, такая беспомощная, то не смог ничего с собой поделать, ведь я тысячу раз плакал так раньше.

Я наблюдаю за жёлтым такси, набирающим скорость на холме, пока оно не сворачивает за угол и не исчезает навсегда вместе с Ши.

Глава 16

Она

По какой-то причине, несмотря на гнев, я не могу удержаться от того, чтобы не посмотреть на Хью через заднее стекло уезжающего прочь такси. Уже второй раз за эту неделю жёлтое такси становится моим способом бегства от мужчины. Разница в том, что этот мужчина не заслуживает такого взрыва эмоций. Хью имеет больше достоинств по сравнению с тем, кто остался там, дома. Я уже это понимаю, хоть и ничего не знаю о нём. Он относится ко мне с уважением: открывает передо мной дверь, смешит и успокаивает, когда я плачу. Он мне ничего не должен, тем не менее, делает всё для меня.

Даже проехав несколько домов, я вижу его истерику: он размахивает руками, его фотоаппарат подпрыгивает на груди. Почему-то, когда я пытаюсь сбежать от жизненной драмы, моё сердце снова и снова легко ей заполняется. Романтика - слишком сложное понятие для меня.

Поворачиваюсь и спрашиваю у водителя:

– Не могли бы Вы меня отвезти на Вашингтон Стрит?

Он кивает в зеркало.

Мне снова хочется заплакать. Однако лекарство, затуманив мой мозг, не позволяет это сделать, отвлекая от душевной боли и заставляя балансировать на краю. Удивительно, что мне хватило мужества вскочить и убежать от Хью, несмотря на кашу в голове из-за принятого лекарства. Это ещё раз доказывает мою решимость избавиться от прошлого. Возможно, мне нужно освободиться от всего.

Такси останавливается, я расплачиваюсь с водителем, вылезаю из машины и забегаю в отель, где остановился Хью. Поднявшись на пятый этаж, врываюсь в его комнату, чтобы забрать свою небольшую сумку с вещами. Беру её со стула и накидываю лямки на плечи, затем останавливаюсь и осматриваюсь. Я думаю о том, что должна что-то сказать, объясниться с ним каким-то образом.

Иду в ванную и беру маленькое мыло, которое лежит на раковине. Сжав его пальцами, я каллиграфическим почерком вывожу на зеркале слово «Прости», словно красота каждой линии и росчерка каким-то образом сделает мои действия более объяснимыми. Это всё, что я могу сделать. Мне больше нечего ему предложить, кроме этой небольшой искренней части меня, ведь правды во мне практически не осталось.