Как обычно и бывает при совместных проектах с организованной преступностью, мафия получает гораздо больше, чем отдает. Филиппу Грейнхолану договориться со своим хорошим знакомым Свэртом Бигландом о том, чтобы тот закрыл глаза на некоторые нарушения лицензионного законодательства со стороны Витуса Иддера было не то чтобы - раз плюнуть, но вполне реально. Познакомились они не вчера. За долгие годы успели объективно оценить деловые качества партнера - высокие, кстати говоря, что и позволяло им, время от времени, оказывать друг другу некие услуги. Иногда мелкие, а иногда и не очень. Каждый знал, что другой не подведет.

Устный, но от этого не менее прочный, чем иные, скрепленные витиеватыми подписями и большими королевскими печатями, договор между главой "Союза" и аналогичным руководителем Гильдии Магов содержал всего два пункта. Первый - интересы Гильдии Магов нарушаться не должны.

Ну, на этот счет ее глава Свэрт Бигланд мог быть совершенно спокоен. Филипп был умным человеком, сидел на своем месте долго, держал подчиненных в ежовых рукавицах, правила игры знал и никаких телодвижений, способных привести к раскачиванию лодки, в которой вся верхушка Бакара, как легальная, так и не очень, совершала совместное плаванье по бурным водам житейского моря, не допустил бы ни под каким видом, прекрасно понимая, что трения между такими серьезными организациями, как Ночная Гильдия и Гильдия Магов, могут вообще пустить это судно на дно.

А причиной трения, могла стать любая новая безделушка, заряженная Витусом, всплыви она на бакарском рынке магических услуг. "Доброжелатели" обязательно проследили бы откуда ноги растут и хорошо если бы побежали к Свэрту - это еще полбеды, а то кинулись бы ябедничать председателю очередной столичной комиссии, проверяющей деятельность главы бакарской Гильдии Магов - это была бы уже настоящая беда, причем для обеих высоких договаривающихся сторон. Глава Гильдии Магов такого прокола своему контрагенту не простил бы... А личные враги магов долго не живут.

Второй пункт договора - полная анонимность. Витус Иддер, как маг, исчезал. Продолжал жить никому неизвестный обыватель Витус Иддер, частная жизнь которого никого не интересовала. Как он добывает средства к существованию, где берет хлеб насущный, да и вообще берет, или нет - это его личные проблемы.

Но все равно - как бы ни была высока мера ответственности главы "Союза" за своего телохранителя перед Свэртом Бигландом, в конечном итоге, Филипп Грейнхолан расплачивался за услуги, оказываемые ему, магом-нелегалом Витусом Иддером, исключительно деньгами. А деньги что? Деньги, естественно, при правильном к ним отношении - дело наживное. Тем более, что недостатка в средствах глава "Союза", разумеется, не испытывал и выплата ежемесячного гонорара Витусу на его благосостоянии никак не отражалась.

Да и вообще надо сказать, что этот контракт, если оценивать его по критерию "цена - качество", был самым удачным из всех, заключенных Филиппом Грейнхоланом за всю его карьеру. Он позволил ему сохранить самое дорогое, что есть у человека - жизнь. Для каждого человека его собственная жизнь бесценна, следовательно стоимость ее спасения, в условиях когда с ней легче расстаться, чем сохранить - бесконечна. Вот такая хитрая арифметика получается. А Витус Иддер спас главу "Союза" от неминуемой гибели несколько раз, и это только за первый год работы. И если бы в мире существовала справедливость, а Филипп Грейнхолан был честным человеком, то он, без сомнения, признал бы себя неоплатным должником Витуса, но справедливости в мире нет, а Филипп Грейнхолан честным человеком никогда не был.

Многочисленные враги Грейнхолана начали испытывать Витуса на прочность сразу же, как только тот приступил к исполнению своих должностных обязанностей. Было несколько покушений, но запомнилось, как обычно и бывает, первое. В тот раз он успел закрыть своего работодателя от "Выдоха Ламы". Артефакт с этим плетением был использован во время очередного покушения на Филиппа, и если бы не Витус, быть бы тому хрупким и ломким, как стекло, ибо после контакта с субстанцией, имеющей температуру ненамного выше абсолютного нуля, любое вещество становится хрупким и ломким и уж по-любому - не живым.

Витус не был боевым магом и если бы на них напал другой маг, посильнее Витуса, не говоря уже про боевого, то скорее всего, исход поединка был бы другим, но Гильдия Магов, то ли из-за строжайшего запрета своего главы, то ли по какой иной причине, в дела "Союза" не вмешивалась. Равно, как и Ночная Гильдия никогда не работала против магов. На этот счет имелись соответствующие договоренности между Филиппом Грейнхоланом и Свэртом Бигландом. И хотя договоренности, как обычно, были устными, менее крепкими они от этого не были. Оба руководителя справедливо полагали, что все спорные моменты между двумя такими могущественными организациями можно, и нужно, решать за столом переговоров, а не на поле боя. Война была не нужна никому из них - уж больно хорошо жилось им обоим в благословенном Бакаре. Кстати говоря, рядовые маги и мафиози придерживались такого же мнения.

У любого, стороннего, непредвзятого наблюдателя должен был возникнуть вполне закономерный вопрос: а как, собственно, какой-то там маг-артефактор, ботан, по большому счету, сумел опередить наемного убийцу, профессионала этого нелегкого ремесла? И нет ли здесь какого подвоха, или натяжки? А ларчик открывался просто - дело было в том, что, как уже было отмечено, нападавший магом не был и использовал для нападения соответствующий артефакт. А тут артефактору и карты в руки - Витус успел почувствовать наличие у подозрительного незнакомца смертоносного гаджета и подготовился к отражению атаки - активировал свой защитный артефакт.