– - Лен, а в коляске почему не катаешь? Легче же будет. Конечно, у магазина без присмотра оставлять нельзя ребенка, но гулять можно долго.

Костя оглянулся и вспомнил, что не видел коляски ни в доме, ни в подъезде. Нет у них, что ли, коляски?

– - Ох, Косточка, украли у нас коляску. Глупо так все получилось, нарочно не придумаешь. Я в больницу пошла с Алиской, надо было сделать прививку, коляску возле больницы оставила, как все. Хорошо пакет с запасными пеленками взяла. Вышла, а наша коляска тю-тю. Увез какой-то прохожий. Знаешь, как обидно было. Я даже ревела. Теперь никак не куплю коляску. С Алиской не хочу в город ехать и не поеду, ни к чему маленького ребенка по автобусам таскать, а оставлять её с чужими людьми не люблю. Да и нельзя надолго, грудью ведь кормлю. Алка хотела на себе из города притащить, я не согласилась, тяжело все-таки. Она обещала Федьку заставить помочь, но он на курсах сейчас. Да и неудобно лишний раз их просить. Они и так надо мной шефство взяли. Помогают мне. Вот и перебиваемся с дочкой на руках.

– - Лен, - спросил Костя, - ты только не обижайся на мой вопрос, но мне это очень важно. Ты одна живешь?

– - Нет, я живу с дочкой. С Алиской, - улыбнулась женщина.
– Так что я больше не одна. И никогда не буду.

– - А на что ты живешь? Муж алименты платит?

– - Какие алименты? Что ты говоришь?
– изумленно засмеялась Елена.
– Мой муж больше ничего не платит. Все, рассчитался по всем ведомостям Виктор. А на что живу? Есть, Кость, у меня деньги. Я год назад оформила одну дачу. Хозяин щедро заплатил. Я отложила эти деньги. Банковские мои карточки тоже теперь разблокированы. Вот на это и живу. На ближайшеё время хватит.

– - Но в стране огромная инфляция.

– - Кое-что за дочку получаю. Хватает нам. Летом сюда папку своего привезу, дедушку нашего. Нянькой будет. Я ему писала, он вроде соглашается. Только ответил, что лучше бы я внука родила, с мальчиками ему привычнее.

– - А почему бабушку не зовешь?

– - Мамы давно уже нет. Так что батя будет с Алиской мне помогать, он согласен. А я начну работать.

– - В школе?

– - Со школой придется расстаться. Буду заниматься только оформлением домов. Меня уже звали, но сейчас Алиска для меня важнее.

Косте показалось, что она не договаривает чего-то.

– - Нет у неё денег, или совсем мало, - решил он, опять вспомнив, как выросли в стране цены за последние дни.
– Что за год может у неё остаться от денег, полученных за дачу?

Константин начинал чувствовать ответственность за эту женщину, за её малышку.

– - Лен, давай я тебе дам денег. Коляску купишь. Я как друг тебе предлагаю.

– - Хорошо, что не как любовник, - засмеялась Елена.

– - Лен, я серьезно тебе говорю....

– - Кость, ты опять? Я не беру у мужчин денег. Не начинай этого разговора. Я вчера сама тебя позвала в свой дом... Это было мое решение...

Весь день Костя оставался в доме Елены. Поправил дверцы шкафов, перевесил оленьи рога, починил текущий кран, еще кое-чего по хозяйству, что требовало мужских рук, с удовольствием и желанием нянчился с Алисой, пока Лена бегала в магазин, стирала. Пироги за день съел все, они были пышные, мягкие, на редкость вкусные, весь день так и тянуло на кухню, нет-нет, а зайдет и возьмет пирожок. Ленка только улыбалась, глядя на очередной пирожок в его руках, и предлагала чаю. Чай тоже нравился мужчине, душистый, приятно пахнет лимоном. "Это мелисса, - пояснила Елена.
– Травка такая, лимоном пахнет. Тетя Нина дала. У неё на огороде растет".

Под вечер Костя не удержался, попросил опять сварить супу. Ленка засмеялась и выполнила заказ. Мужчина почувствовал себя отдохнувшим, набравшимся сил, хоть и был занят чем-то весь день. Это и была та обычная домашняя жизнь, которой у него никогда не было. Как не хотелось уезжать вечером. Но завтра надо рано утром быть в центральном офисе. Опаздывать нельзя. Затянувшееся и так строительство торгового комплекса, наконец, подходит к концу. Через месяц они закончат. Подворачиваются новые выгодные заказы - парк отдыха и мясокомбинат. На парке заработаешь больше. Строительство будет не так далеко, как прежде, но тоже каждый день не наездишься. А мясокомбинат в пятидесяти километрах от Кочетовки.

– - Надо выбирать мясокомбинат, - думал мужчина.
– Сейчас для меня главное, не потерять Ленку. А деньги у меня и так есть. Хватит на меня и Лену, и, конечно, Алиску, - светлая улыбка осветила его лицо при мысли о девочке.
– Надо что-нибудь подарить малышке. И привезти перстни с самоцветами, что купил еще год назад.

Костя уехал в воскресенье вечером. Долго прощался, целовал Елену, Алису, ждал каких-то особенных слов от женщины. Не дождался. Елена упорно молчала.

– - Я вернусь через неделю, - сказал он женщине на прощанье.
– Я обязательно вернусь. Сейчас мне обязательно на строительстве надо быть, сдаем заказчику работу. Ты мне веришь?

– - Костя, я ведь ничего от тебя не требую, я не спрашиваю, почему ты раньше не приезжал, - сказала тихо Елена.
– Если не вернешься, значит, не вернешься, у тебя нет предо мной никаких обязательств, - повторила она знакомую фразу.

– - Все понял, - кривовато усмехнулся мужчина.
– Не заплачешь.