Она радостно засмеялась, поцеловала в круглую щечку девочку.

– - Лучше моей Лиски-Алиски никого на свете нет!

Приятно было глядеть на эту счастливую своим материнством женщину. Казалось, весь свет, что был в комнате, концентрируется на фигуре женщины с ребенком на руках и от них исходит теплое сияние. Да, женщина была такая счастливая, уютная, домашняя, ласковая, захотелось прислониться к её счастью и погреться рядом.

– - Я тоже хочу дочечку, хочу целовать её, держать на руках, я всегда хотел, чтобы у меня была дочка, - несколько обиженно подумал Костя.
– Я тоже хочу быть таким же счастливым, как они. Вот сейчас подойду, обниму их двоих и никуда не отпущу. Ленка, она добрая, не оттолкнет.

– - Лен, ты мне дашь Алиску подержать?
– вместо этого несмело спросил он.
– Не бойся, я не уроню, я всегда нянчил своего Дениса. У меня чистые руки, я мыл.

– - Конечно, - улыбнулась Ленка.
– А кто такой Денис?

– - Мой сын, он после развода остался с матерью.

– - Ты никогда не говорил о нем...
– проронила женщина.

Ленка не стала дальше спрашивать, ей захотелось приласкать, пожалеть этого одинокого мужчину, что тянулся к ней. Она с первой встречи это чувствовала. И не могла понять, почему Костя после их встреч исчезает так надолго. Но сейчас женщина отбросила эти мысли. Её дурацкая, как она считала, ласковая натура с огромной всеобъемлющей жалостью, опять прорывалась в ней. С дочкой на руках она не могла твердить свою клятву, призывающую держаться вдали от мужчин и ненавидеть их. Женщина с ласковой улыбкой протянула ребенка мужчине. Тот бережно взял девочку на руки.

– - Женюсь, - повторил про себя Костя, - обязательно женюсь. Ну и что, что Ленка родила, что у неё есть дочка. Вон какая славная малышка, как внимательно смотрит на меня, у неё такой умный взгляд. Она будет и моей дочечкой. А меня тянет к Ленке, очень тянет.

Он бережно прижал девочку к груди, вслушиваясь в свои чувства, девочка была чистенькая, ухоженная, доверчиво таращила на него свои голубые глазенки, ежиком после сна стояли светлые волосенки. Косте она пришлась по душе.

– - Лен, можно я её поцелую? Я осторожно, в щечку.

– - Целуй, - засмеялась женщина.

Костя поцеловал гладкую нежную щечку. А Ленка сегодня была вообще доброй. Услышав голос женщины, малышка перевела глаза с мужчины на мать и, увидев Ленку, сморщила пухлые губки и заплакала.

– - Узнала маму. К маме хочет моя Лиска-Алиска. Иди сюда, - женщина протянула свои красивые руки и взяла девочку.

– - А ногтей-то нет больше длинных, - машинально отметил мужчина.
– Видно, что часто стирает. На пальцах мозоль.

Но ребенок продолжал беспокоиться на руках матери, кривил в плаче свой беззубый ротик.

– - Что с ней?
– несколько расстроенно произнес Костя.
– Я ей не понравился? Не хочет на меня смотреть.

– - Нет, - засмеялась Ленка, - Алиса есть хочет.

При слове "есть", женщина вспомнила и всполошилась:

– - Курица, курица горит! Костя, ты почему ушел из кухни, курица подгорать начала!

– - Я сейчас.

Костя метнулся на кухню и выключил плиту. Когда он вернулся в комнату, Ленка сидела с ребенком на кровати, девочка продолжала пищать.

– - Косточка, - попросила женщина.
– Побудь, пожалуйста, на кухне или в другой комнате. Не заходи сюда. Мне надо покормить дочку.

– - Стесняется, - понял мужчина.
– Если я ей сейчас уступлю, я потеряю её навсегда. Нет, моя Елена Прекрасная, будешь при мне кормить ребенка, - думал он, а потом загадал.
– Если Лена позволит мне остаться рядом с ними, то они станут моей семьей.

Он вместо ответа сел рядом с женщиной на кровать и сказал:

– - Нет, Леночка, я не уйду.

– - Не смей называть меня Леночкой, - сердито нахмурила брови женщина.
– Я Ленка. И выйди из комнаты!

– - Не уйду! - тихо, но настойчиво ответил Костя.
– Ты меня не стесняешься, я знаю. Ты не способна стесняться. Тут другое. Так ведь? Я в нашу первую в жизни встречу тебя видел абсолютно голую, ты даже станцевала передо мной, в чем мать родила, на столе причем, и свет не давала выключить. Тебя это ни капельки не смущало. Ничуть. Мы с тобой уже в коридоре всю одежду сбросили. А тут только одна грудь наружу! У тебя, Лен, красивая грудь! Корми при мне. Что сидишь?
– прикрикнул он.
– Дочка есть хочет. Видишь, ручкой тебя теребит. Давай, говорит, мама, кушать. Корми своего Лисенка! И вообще, я женюсь на тебе!

Ленка не ответила. Она расстегнула халат и поднесла девочку к груди. Малышка довольно заурчала, зачмокала губками. Круглые голубые глазки смотрели то на мать, то на мужчину, что уверенно сел рядом. Потом мужчина осторожно обнял за плечи мать и, не отрываясь, смотрел на девочку. Ленка вздрогнула, но не оттолкнула его руку. Она накормила дочку, положила в кроватку; как всегда, застыла на минуту, любуясь совершенством своей малышки: чистым младенческим личиком в ореоле светлых волосиков, крохотными пальчиками, сжатым в кулачки, яркими пухлыми губками. Никого на свете не могло быть красивее и совершеннее. Константин встал рядом.

– - Она у тебя просто прелесть, надо же какая хорошенькая, - тихо произнес он.
– Смотри, какие у неё крошечные пальчики, а ушки оттопырены, как у моего Дениса. Ты, Лен, не обижайся, но на тебя дочка не похожа, несмотря на светлые волосики.

– - Да, - эхом откликнулась женщина, в голосе её звучала уверенность, не подвергающаяся никакому сомнению.
– Совсем не похожа, но какое это имеет значение: она все равно лучше всех.

Потом повернулась к мужчине и медленно сказала:

– - Я, Косточка, не выйду за тебя замуж. Я больше никогда не буду замужней женщиной.