Мы ещё глупо шутили и посмеивались. Как позже выяснилось, это были последние минуты нашего ребячества.

Знакомый запах крови, похожий на запах разлагающихся морских водорослей, почувствовал ещё в прихожей. Силой задержав Анечку в коридоре, переступил порог кабинета. Он был заставлен книжными стеллажами, на стенах - фотографии в рамках, у открытой двери балкона - огромный письменный стол из моренного дуба. На полу в беспорядке кинуты бумаги.

Академик полулежал за столом, как тряпичная большая кукла. Кровь сочилась из рваной раны, чуть раньше она, верно, била фонтаном, а теперь...

Потом услышал звук отъезжающей машины - мощный фордовский мотор. Должно быть, убийца (или убийцы) находились в квартире, пока мы с Анечкой топтались у двери.

– Что это?
– услышал придушенный голос девочки.
– Де-е-ед! закричала.
– Дедушка, - заплакала.

Затолкав девочку на кухню, набрал по телефону номер господина Фаста. Была у нас такая договоренность: в экстренном случае звонить только ему. Кажется, этот случай наступил?

– Да?
– услышал сонный голос.
– Дима? Что такое?

– У нас проблемы, - проговорил я.

– Какие?
– зевнул мой ночной собеседник.

У меня много недостатков, я соткан из них, но есть одно безусловное достоинство: чувствую ложь. Товарищ Фаст переиграл, он не учился в театральном училище-школе МХАТ, и поэтому был неубедителен в своей скуке. Я коротко сообщил, что произошло в квартире академика Сироты А.А. и, закончив телефонный разговор, присел на корточки перед плачущей девушкой.

– У нас мало времени, - сказал я.
– Слезам делу не помочь.

Аня смотрела на меня воспаленными глазами и не понимала, что хочу от нее. Я взял её руку и спросил:

– Откуда ты знаешь, что деда могли убить?

– Он сам мне сказал, - всхлипнула.

– Здесь что-то искали?

– Искали?
– не понимала.
– Деньги?

– Прости, а дед тебе ничего не передавал?

– Что передавал?
– попыталась вырваться.
– Его убили, а ты задаешь такие идиотские вопросы?

– Стой, - держал за руки.
– Ты говорила: дед нашел решение. Говорила?

– Да.

– Где они?

– Н-н-не знаю, - зашлась в плаче.

– Все-все, - понял, что в данной ситуации бесполезно развязывать узелки проблемы, связанной с элементом 115. Будем только надеяться, что академик - старый лис, чувствуя, что могут произойти печальные для него события, надежно упрятал информацию по Новой Энергии. Возможно, наше с Анечкой полуночное появление в доме сыграло роковую роль: академика убили потому, что он знал в лицо тех, кому открыл дверь. Или убийцы проникли через балкон? Впрочем, сейчас это не самый главный вопрос. Если все происходящее в последние дни не воображение больного ума моего, то речь идет об информации, способной взорвать в буквальном смысле слова весь мир. Или дать её обладателю упоительную власть над всем человечеством. Картинку недалекого будущего я видел и отнесся к ней, как к фильму нестрашного ужаса. Однако теперь, когда в реальной жизни начинают происходить "запланированные" убийства, то простите-простите, есть над чем задуматься.

– Анечка, - сказал я.
– Никому не говори о НЛО, не надо. Тебя не поймут.

– А что говорить?
– была несчастная и некрасивая в искреннем горе.

– Ничего не говорить, - улыбнулся.
– Мы с тобой гуляли по городу, потом решили зайти к деду...

– Гу-у-уляли?..

– Гуляли, милая, гуляли.
– И повторил: - Ты ничего не знаешь. Ни-че-го! А эту проблему я сам буду решать, обещаю.

– Решать?
– не верила.
– Как решать?

– По обстоятельствам.

Через несколько минут в квартире академика началась тошнотворная суета службы безопасности НИЦ, прибывшей во главе с господином Фастом. Потом приехали родители Анны и увезли её домой. Я чувствовал, что события этой ночи есть поворотные. Вот только для кого? Для меня? Для всех народов мира, населяющих нашу планету? Или для тех, кто выполняет специальное задание? ЦРУ? ГРУ? ФСБ? НЛО? И так далее. Кто мутит воду и пытается поймать в ней золотую рыбку удачи?

Сидя на кухне, я задавал себе эти вопросы и не находил ответа. Если позабыть НЛО, как явление противоестественное для человеческого ума, то скорее всего настоящая проблема имеет земные корни. Идет борьба спецслужб, а я в качестве того куска дерьма, плавающего в проруби. К сожалению, это так, сержант. И остается тебе только ждать... и действовать по обстоятельствам.

– Плохие дела, - в кухне появился полковник Фаст. Был подвижен и энергичен, чувствовал себя, видно, как гончая, берущая след.

– Хуже не бывает, - подал я голос.
– Почему у академика телохранителя не было?

– Был он, Дима, был, - хныкнул сотрудник службы безопасности НИЦ. Только Алексей Алексеевич на ночь его домой...
– махнул рукой.
– Порядок должен быть во всем, а здесь...

– Порядок - это когда все покойники, - вспомнил свое путешествие в будущее.

– Что?
– не понял Денис Васильевич.
– Кто у нас ещё покойник?