Раздалось веселое напутствие:

– Развлекайся, маг. Смотри не замори подружку!

Новый громкий лязг металла и, наконец, наступила долгожданная тишина.

Я пролежала без движения долго. Тишина меня усыпляла, мне казалось, что стоит мне чуть шевельнуться, как вернутся все звуки - ужасные громкие звуки, наверное заснула, вернее окунулась в целительное забвение обморока или небытия. Но все хорошее кончается. Я очнулась и попробовала шевельнуться. Все тело болит и ломит все суставы.

Сразу пришло понимание, что я это не я. А кто тогда? Мысли в голове точно мои.

Вскочила разом на все четыре лапы и осмотрелась.

Глаза уловили какую-то тень в самом дальнем углу помещения. Там же горел слабый огонек. Лампочка? Свечка? Фонарик? Я дернула головой, не вышло - получилось лишь чуть наклонить голову набок.

И тут тень, что была в дальнем углу, как-то внезапно наросла и материализовалась в фигуру человека. Большого человека. Я в испуге присела на зад, поджала хвост.

Да! Теперь у меня есть хвост! Заскулила, втянула в плечи голову и прижала уши. Еще и глаза бы закрыла, но не смогла. Взгляд как приклеенный следил за бесшумно приближающимся ко мне человеком.

И тут нос уловил запах - мясо, кусок сочного, сочащегося алой, еще не успевшей свернуться, кровью. Кусок был зажат в руке человека.

– На, тебе надо есть и много. Иначе не хватит сил на трансформацию.
– Проговорил человек и протянул мне прямо к пасти кусок.

Я так и сидела, сжавшись в комок шерсти. Один мокрый комок шерсти. Четыре лапы, уши, хвост и морда, с косящими и плохо видящими глазами зверя. Это я?! Алла? Бякишева?

Человек выпустил кусок из пальцев, и он со звучным шлепком упал на пол помещения.

Я повернула голову и разглядела дверь и идущие к ней каменные ступени. У последней ступени лежали какие-то тряпки. Одежда. Я метнулась к ней и тронула лапой ткань.

Раздалось в спину:

– Как взойдет солнце. Сейчас надо поесть. Другой еды не будет для тебя... и для меня также.

К мясу я не притронулась, а человек постояв рядом, ушел к стене и там уселся на камни пола. Подтянул к животу ноги и уставился на меня.

–

Ночь тянулась и не кончалась. Я попробовала походить, лапы - все четыре плохо меня слушались. Я шаталась. Мешали когти. Как с такими лезвиями ходить? У меня плохо получалось. Спотыкалась. Лучше всего мне удавалось сидеть с поджатым хвостом. Наконец устав пробовать ходить, а вернее устав шататься из стороны в сторону, я уселась в самом дальнем углу помещения, подальше от человека и тихо заскулила там.

Скулила и скулила. Иногда тихо совсем, иногда громче. Мне не мешали. Человек не смотрел в мою сторону. А немного погодя я заметила, как в помещение пробралась через дыру в полу большая крыса и прямиком направилась к куску мяса, так и валяющемуся там, где его бросил на пол человек.

Я вздрогнула. В своей прежней человечьей жизни я недолюбливала крыс. Белых лабораторных, серых обыкновенных, пестрых декоративных. Их мелкие черные глазки и лысый, упругий, как проволока хвост - хвост больше всего напрягал в их облике.

Сейчас по полу помещения к куску мяса приближалось существо из моей прежней жизни. Я горожанка, крысы жили рядом со мной в городе, по соседству. И мы взаимно друг-друга недолюбливали.

Я зарычала, тихо, утробно.

Крыса замерла... всего на миг, казалось, и неожиданно встала на задние лапки. Заметно выросла на глазах. Я с испугом смотрела на монстра, ставшего всего за пару мгновений размером с кошку или даже больше кошки - для меня теперь все прежние габариты предметов были сдвинуты и конкретно в большую сторону. А мой нынешний облик в меньшую. Крыса глянула на меня, сверкнул черный глаз искрой пламени, и серая открыла пасть. Раздался писк на волне ультразвука.

В следующее мгновение человек поднялся на ноги и быстро переместился ближе ко мне.

Я рванулась от него к двери, но он был быстрее. Его рука поймала мой загривок и притянула меня к себе. Объятия человека. Я затряслась всем своим тощим, мохнатым телом.

– Бежать тут некуда. Покажешь им свой страх, и они растерзают тебя следующей ночью.

Крыса опустилась на четыре лапы и ухватила зубами кусок мяса. В следующее мгновение из щели в полу вылезло еще несколько монстров немногим только меньше первой.

Я попробовала вырваться из рук человека. Скулила, сучила лапами и выворачивалась. А он меня крепко держал и не выпускал, пока последняя крыса не исчезла в дыре пола. Мясо они погрызли, и часть уволокли с собой. На полу помещения остался только влажный красный след.

Человек отпустил меня, и я метнулась к куче тряпья, что так и валялась у ступеней, ведущих к лестнице. Улеглась там клубком, спрятав в лапах морду и глаза.

– Жаль, что ты так и не поела. Умрешь теперь, сил не хватит.