Шрифт:
Одно лишь изменение в Лу,
И Лу сравняется с путем.
Учитель вопрошал:
– Коль кубок уж не кубок, какой же это кубок? Какой же это кубок?!
Цзай Во спросил:
– Пусть бы тому, кто человечен, сообщили, что кто-то из людей, известных своей человечностью, упал в колодец, то он бы бросился за ним?
Учитель ответил:
– Зачем ему так поступать? Ведь благородный муж готов идти на смерть, но он не может гибнуть безрассудно; его способны обмануть, но сделать из него глупца нельзя.
Учитель сказал:
– Благородный муж, овладевая всей ученостью, тоже может грань не перейти, если будет себя сдерживать правилами ритуала.
Учитель встретился с княгиней Наньцзы, и Цзылу был недоволен. Учитель его клятвенно заверил:
– Коль я неверно поступил, пусть Небеса меня отвергнут! Пусть Небеса меня отвергнут!
Учитель сказал:
– Незыблемая середина – эта добродетель наивысшая из всех, но давно уже редка среди людей.
Цзыгун спросил:
– Что скажете о том, кто широко благотворит народу и способен всем помочь. Может ли он быть назван человечным?
Учитель ответил:
– Почему же только человечным? Не так ли непременно поступают люди высшей мудрости? Об этом ведь пеклись всем сердцем Яо с Шунем! Кто человечен, тот дает другим опору, желая сам ее иметь, и помогает им достичь успеха, желая сам его достигнуть. Умение найти пример вблизи – вот в чем вижу я искусство человечности.
Глава 7. Я продолжаю
Учитель сказал:
– Я продолжаю – не творю; я верю в древность и люблю ее чистосердечно. Осмеливаюсь в этом сравниться с Лаопыном.
Учитель вопросил:
– В молчании запоминать, учиться ненасытно и наставлять других без устали – что есть во мне из этого?
Учитель говорил:
– Я чувствую печаль, когда не улучшают нравы, не уясняют то, что учат, а зная долг, не могут ему следовать и не способны устранить порок.
Учитель на досуге Имел спокойный вид И выглядел довольным.
Учитель сокрушался:
– Как опустился я! Уже давно не снится мне князь Чжоу.
Учитель сказал:
– Привязан всей душой к пути,
Ищу поддержку в добродетели,
Исполнен веры в человечность,
Утеху нахожу в искусствах.
Учитель говорил:
– Я всем даю советы, начиная с тех, кто мне приносит связку вяленого мяса.
Учитель сказал:
– Кто не проникнут горестным порывом, тех не просвещаю, непотрясенных не учу, не повторяю тем, кто не способен отыскать по одному углу три остальных.
Когда Учитель находился рядом с человеком в трауре, он никогда не наедался досыта.
В тот день, когда Учитель плакал, он не пел.
Учитель сказал Янь Юаню:
– Когда используют, то действуем, а отвергают, то скрываемся – так поступаем только мы с тобой.
Цзылу спросил:
– А с кем бы Вы, Учитель, были, когда б вели войска? Учитель ответил:
– Не с тем, кто может броситься на тигра с голыми руками иль кинуться в реку, не дожидаясь лодки, и умереть без сожаленья. Но непременно – с тем, кто, приступая к делу, полон осторожности и со своей любовью к составлению планов добивается успеха.
Учитель сказал:
– Если бы богатства можно было добиться, то ради этого я стал бы даже тем, кто держит плеть. Но раз его нельзя добиться, я буду делать, что мне нравится.
Учитель относился бдительно к посту, войне, болезни.
Когда Учитель находился в Ци и там услышал музыку «Весенняя», то он в течение трех месяцев не знал мясного вкуса и сказал:
– Не ждал от исполнения музыки такого совершенства.