Спустя полчаса Илья выходил из помещения госпиталя, который находился на территории институтского комплекса. Ольгу поместили на всякий случай в реанимацию и подключили к приборам слежения за самочувствием. Он не хотел уходить, но его насильно выпроводили, сказав, что его помощь вряд ли понадобится, а при необходимости его тут же известят.

Он шел домой расстроенный, так как впервые за годы супружества Ольга заболела так сильно, что пришлось положить её в больницу. К тому же эта неизвестность относительно самой болезни пугали его. Вернувшись домой, он попытался уснуть, но сделать это так и не удалось. Лишь под утро он задремал. Проснувшись, потер неожиданно заслезившийся глаз и чертыхнулся, так как вспомнил дурацкий сон, который ему приснился. Они с Ольгой едут на машине, которая вдруг глохнет. Илья открывает капот и видит странную картину: все трубки, шланги порваны и выглядят так, словно это не новая машина, а какая-то рухлядь.

— Ничего не понимаю? Я же отлично помню, что всё было новое и красивое, — объясняет он Ольге, стоящей рядом.

— Вот видишь, я же говорила, что всё это обман, а ты всему веришь.

Илья стоял и смотрел на всё это не в силах понять, что происходит. В этот момент он проснулся, так и не узнав, что произошло дальше.

Ему редко снились сны, но каждый раз они вызывали чувство непонимания и удивления. Впрочем, он быстро забывал о них и не вспоминал. Вот и сейчас, он встал с постели, быстро умылся и отправился в госпиталь, забыв даже взглянуть на часы, чтобы узнать который час.

Небольшая институтская больница, которая почему-то значилась как госпиталь, представляла собой одноэтажное строение и скорее напоминала медпункт, что, впрочем, не умаляло её достоинств по оснащенности оборудованием. Зайдя внутрь, он тут же увидел дежурного врача, которая накануне ночью приходила к ним в дом. Она сидела за столом и что-то писала. Напротив расположилось два монитора и какое-то устройство, видимо для связи с палатами. Завидев Илью, она, не дожидаясь вопроса, тут же произнесла:

— Какой вы, однако. Еще семи нет, а вы уже тут как тут. Могу успокоить. Температура еще есть, но спала до тридцати восьми. Скорее всего, у неё пищевое отравление, так как никаких признаков воспалений я пока не выявила. Через час возьмем анализы, и к обеду картина прояснится. Так что я вам советую не волноваться, а спокойно идти на работу, — она приветливо улыбнулась и поправила очки, которые сползли ей на нос.

— Простите, с чего вдруг?

— Что именно?

— Отравление, как вы сказали?

— А вы что никогда не травились продуктами, — она с удивлением посмотрела на Илью.

— Да нет, бывало, конечно, иногда…

— Тогда не понимаю вашего вопроса. При сильном отравлении температура может подняться и до сорока. Главное, вовремя принять необходимые меры. Так что идите, голубчик, а днем позвоните. Доктор Грабовски, который будет на смене вместо меня, вам всё объяснит.

Илья хотел было задать еще пару вопросов, но понял, что вряд ли получит на них внятный ответ, поэтому, развернувшись, медленно отправился к дому. На полпути он решил, что всё равно не заснет, и поэтому прямиком пошел в институт, где своим ранним появлением несколько удивил охрану, которая, впрочем, привыкла к тому, что работники института порой сутками сидят в своих лабораториях или уходят домой под утро.

В столь ранний час лаборатория была пуста. Илья заглянул к себе в кабинет, а потом отправился в комнату, где производились испытания опытной установки. Она стояла посредине большого зала и шлейфом проводов соединялась с лазерной установкой. За перегородкой, выполненной из бронебойного стекла располагался пульт управления и системы слежения за работой всего комплекса. Илья обошел установку вокруг, зачем-то похлопал её рукой. Мелькнувшая было мысль заставила снова вернуться к себе и погрузиться в чертежи и схемы. Напряженно размышляя над пришедшей идеей, он на автопилоте здоровался с сотрудниками, которые заглядывали к нему в комнату, и только ближе к обеду, бросив папку с документацией в сторону, огорченно произнес:

— Ерунда. Такой вариант размещения вакуумных преобразователей и замена насосов даст прирост мощности не более двух-трех процентов, а размер останется практически тот же самый, — и, взяв телефонную трубку, позвонил в госпиталь.

— Алло, это Пирогов. Я по поводу моей жены, Ольги Пироговой, которую вчера ночью привезли в тяжелом состоянии.

— Да-да, я в курсе, — пробасил в трубку мужской голос. Результаты анализов подтвердили, что ваша супруга отравилась и весьма серьёзно. Придется ей провести у нас несколько дней.

— Простите, что значит серьезно? У неё что, дизентерия?

— С чего вы решили, что дизентерия? Отравление бывает разным и не всегда сопровождается, извините, поносом или рвотой.

— Так что тогда с ней?

— Я же вам объяснил, отравление. Анализы выявили компоненты веществ, которые вызвали общее отравление организма, как следствие этого, повышение температуры и диффузные изменения легких. Вечером загляните к ней, думаю, что она придет в себя.

— Вы хотите сказать, что она сейчас без сознания?